0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Воспоминаньем упоенный пушкин

«Кагула памятник надменный». Славное былое Русско-Турецкой войны

Вчера, перечитывая стихи Пушкина, я наткнулась вот на эти строки: « Воспоминаньем упоённый,
С благоговеньем и тоской
Объемлю грозный мрамор твой,
Кагула памятник надменный».

Вот тут и родилось у меня желание «провести» вас к этому обелиску в нашем Царскосельском парке, воспевающему славную победу наших войск в Русско-Турецкой войне . Тем более обелиск этот находится совсем рядом с «Камероновой галереей» , по которой мы и совершали с вами прошлую «прогулку». Накануне Дня Великой Победы не лишне вспомнить и о былых Викториях в истории нашего Отечества. Обещаю, скучно не будет!

Никто другой, кто мог бы сопроводить нас в прогулке, как

с его умопомрачительной «Увертюрой 1812 года» на ум мне не пришёл, хотя главное ведь не год великого события, а патетическое к нему отношение. Чего-чего, а патетики в увертюре с лихвой! Пушки палят! Колокола звонят! Громогласное Урааа!

Подойдём же к «Кагульскому обелиску» поближе! Вспомним славное былое!

Слева и справа от «Кагульского обелиска» раскинулись увитые зеленью две очень красивые Перголы. Кто смотрел художественный фильм «18 14» , тот видел эти Перголы, в которых молодой Пушкин сочинял свои стихи.

В » Собственном садике » Его Императорского Величества, между двух увитых зеленью пергол, стоит строгий, лаконичный и отточено- элегантный, величественный » Румянцевский » или » Кагульский обелиск «, посвящённый величайшей победе русской армии в Русско-Турецкой войне на реке Кагул летом 1770 года

Памятник из серого мрамора установили в 1772 году по проекту Антонио Ринальди. Высота сооружения 11 метров. Со стороны дворца на нём установлена памятная надпись, которую сочинила собственноручно хозяйка Царского Села императрица Екатерина Алексеевна.

Турки в этом сражении потеряли 20 000 убитыми, 2000 взяли в плен, было захвачено более 100 пушек и казна верховного визиря. Русские войска же под водительством Румянцева Петра Александровича , продвинулись и завоевали весь левый берег Дуная, включая крепость Измаил. Величайшая Виктория!

А дело было так!

В 1770 году наступил ключевой момент в Русско-Турецкой войне за выход России к Чёрному морю. Турецкие войска, численностью под 150 000, под командованием верховного визиря Иваз-заде Халиль Паши , перешли Дунай и остановились у молдавской деревеньки Вулканэшты

Лагерь турок с запада защищала река Кагул , с востока находилась большая лощина, а впереди прикрывал древний «Траянов вал».

Русскими войсками командовал генерал-аншеф граф Пётр Александрович Румянцев. Численность армии составляла не более 20 000 человек. Кстати, именно в этом сражении участвовал молодой ещё Михал Илларионович Кутузов

У «Траянова вала» ночью на 21 июля 1770 года Петр Румянцев перегруппировал свои войска в 5 каре различной формы и численности и двинул в наступление на спящих турок, открыв пушечную стрельбу

Картина художника Д.Ходовецкого » Сражение при Кагуле » запечатлела момент, когда наши ребятушки слегка дрогнули и начали отступать, но появился главнокомандующий и воззвал: «Стойте ребята! Стойте! На вас смотрят отцы и матери! На вас смотрит Родина! Стойте!» . В результате русские войска начали давить турка, который в панике начал убегать! Виктория.

Радости Екатерины II, которая в это время управляла империей из Царского Села, не было предела! П.А. Румянцева она тут же наградила Орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия I степени и возвела его в чин генерал-фельдмаршала. Кроме того императрица прислала ему ЛИЧНУЮ, украшенную бриллиантом, Золотую звезду к ордену, написав при этом: » я вспомнила, что в Молдавии золотошвеев может статься мало, поэтому посылаю Вам Георгиевскую Звезду, кою я сама ношу» . Если не считать саму учредительницу высшей военной награды — Румянцев был первым кавалером!

19 000 солдат и офицеров армии фельдмаршала П.А. Румянцева именным указом государыни-императрицы Екатерины Великой получили серебренные медали «За победу при Кагуле» . Гравёр Тимофей Иванов (это видно на аверсе под портретом Екатерины)

Оказывается продаётся всё. Заглянула на аукционы. за такую медаль сейчас просят 120-150 тысяч рублей

Попал наш обелиск и на картину кисти В.Л. Боровиковского «Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке с Кагульским обелиском на фоне» . 1810г. Картина выставлена в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге, а вторая, точно такая же картина, но с Чесменской колонной выставляется в Третьяковской галерее в Москве.

Но и конечно же нельзя не вспомнить повесть А.С. Пушкина «Капитанская дочка» (1836г), в которой главная героиня Миронова Маша отправляется в Царское Село к императрице Екатерине Великой, чтобы спасти от виселицы своего возлюбленного Петра Гринёва. Александр Сергеевич устроил встречу Марьи Ивановны с императрицей прямо у Кагульского обелиска, что и видно на акварели. Эх! Романтично то как! Даже не верится, что всё это происходило у нас, в моём любимом Царском Селе!

Читать еще:  3 ноября праздник церковный родительская

А на сегодня всё-ё! До новых встреч!

Траянов Вал и Кагульский обелиск осматривала Мэри М

Элегия (Воспоминаньем упоенный…)

Воспоминаньем упоенный,
С благоговеньем и тоской
Объемлю грозный мрамор твой,
Кагула памятник надменный.
Не смелый подвиг россиян,
Не слава, дар Екатерине,
Не задунайский великан
Меня воспламеняют ныне…
. . . . . . . . . .
. . . . . . . . . .1819 г.

Статьи раздела литература

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, отправьте простую заявку нам на почту stream@team.culture.ru. Образец можно скачать здесь. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Воспоминаньем упоенный пушкин

ЭЛЕГИИ

Безумных лет угасшее веселье
Мне тяжело, как смутное похмелье.
Но, как вино — печаль минувших дней
В моей душе чем старе, тем сильней.
Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
Грядущего волнуемое море.

Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволненья:
Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть — на мой закат печальный
Блеснет любовь улыбкою прощальной.

Воспоминаньем упоенный,
С благоговеньем и тоской
Объемлю грозный мрамор твой,
Кагула памятник надменный.
Не смелый подвиг россиян,
Не слава, дар Екатерине,
Не задунайский великан
Меня воспламеняют ныне.

Опять я ваш, о юные друзья!
Печальные сокрылись дни разлуки:
И брату вновь простерлись ваши руки,
Ваш резвый круг увидел снова я.
Все те же вы, но время уж не то же:
Уже не вы душе всего дороже,
Уж я не тот. невидимой стезей
Ушла пора веселости беспечной,
Навек ушла — и жизни скоротечной
Луч утренний бледнеет надо мной.
Отверженный судьбой несправедливой,
И ласки муз, и радость, и покой —
Я все забыл; печали молчаливой
Рука лежит над юною главой.
Перед собой одну печаль я вижу!
Мне скучен мир, мне страшен дневный свет,
Иду в леса, в которых жизни нет,
Где мертвый мрак, — я радость ненавижу,
Во мне застыл ее минутный след.
Чтоб отогнать угрюмые страданья,
Напрасно вы несете лиру мне:
Минувших дней погаснули мечтанья,
И умер глас в бесчувственной струне.
Опали вы, листы вчерашней розы!
Не доцвели до завтрашних лучей.
Умчались вы, дни радости моей!
Умчались вы — невольно льются слезы,
И вяну я на темном утре дней.

О дружество! предай меня забвенью;
В безмолвии покорствую судьбам,
Оставь меня сердечному мученью,
Оставь меня пустыням и слезам.

Читать еще:  Календарь поминовения усопших

Счастлив, кто в страсти сам себе
Без ужаса признаться смеет;
Кого в неведомой судьбе
Надежда тихая лелеет;
Но мне в унылой жизни нет
Отрады тайных наслаждений;
Увял надежды ранний цвет:
Цвет жизни сохнет от мучений!
Печально младость улетит,
И с ней увянут жизни розы.
Но я, любовью позабыт,
Любви не позабуду слезы!

Я думал, что любовь погасла навсегда,
Что в сердце злых страстей умолкнул глас мятежный,
Что дружбы наконец отрадная звезда
Страдальца довела до пристани надежной.
С беспечной думою покоясь у брегов,
Уж издали смотрел, указывал рукою
На парус бедственных пловцов,
Носимых гибельной грозою.
Я говорил: «Стократ блажен,
Чей век, свободою прекрасный,
Как век весны промчался ясной
И страстью не был омрачен,
Кто не страдал в любви напрасной,
Кому неведом грустный плен.
Блажен! но я блаженней боле.
Я цепь мученья разорвал,
Опять я дружбе. я на воле —
И жизни сумрачное поле
Веселый блеск очаровал!»
О, что я говорил. несчастный!
Минуту я заснул в неверной тишине,
Но мрачная любовь таилася во мне,
Не угасал мой пламень страстный.
Весельем позванный в толпу друзей моих,
Хотел на прежний лад настроить резву лиру,
Хотел еще воспеть прелестниц молодых,
Веселье, Вакха и Дельфиру.
Напрасно. я молчал; усталая рука
Лежала, томная, на лире непослушной,
Я все еще горел — и в грусти равнодушной
На игры младости взирал издалека.
Любовь, отрава наших дней,
Беги с толпой обманчивых мечтаний.
Не сожигай души моей,
Огонь мучительных желаний.
Летите, призраки. Амур, уж я не твой,
Отдай мне радости, отдай мне мой покой.
Брось одного меня в бесчувственной природе
Иль дай еще летать надежды на крылах,
Позволь еще заснуть и в тягостных цепях
Мечтать о сладостной свободе.

Элегия на смерть Анны Львовны

Ох, тетенька! ох, Анна Львовна,
Василья Львовича сестра!
Была ты к маменьке любовна,
Была ты к папеньке добра,
Была ты Лизаветой Львовной
Любима больше серебра;
Матвей Михайлович, как кровный,
Тебя встречал среди двора.
Давно ли с Ольгою Сергевной,
Со Львом Сергеичем давно ль,
Как бы на смех судьбине гневной,
Ты разделяла хлеб да соль.
Увы! зачем Василий Львович
Твой гроб стихами обмочил,
Или зачем подлец попович
Его Красовский пропустил.

Пушкин как нравственная личность и православный христианин. Часть 2

Из книги митрополита Антония (Храповицкого) «Молитва русской души«, изданной в серии «Духовное наследие русского зарубежья», выпущенной Сретенским монастырем в 2006 г.

Когда для смертного умолкнет шумный день,
И на немые стогны града
Полупрозрачная наляжет ночи тень
И сон, дневных трудов награда,
В то время для меня влачатся в тишине
Часы томительного бденья:
В бездействии ночном живей горят во мне
Змеи сердечной угрызенья;
Мечты кипят; в уме, подавленном тоской,
Теснится тяжких дум избыток;
Воспоминание безмолвно предо мной
Свой длинный развивает свиток;
И, с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь, и горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.
(1828)

Воспоминания в Царском Селе

Воспоминаньями смущенный,
Исполнен сладкою тоской,
Сады прекрасные, под сумрак ваш священный
Вхожу с поникшею главой.
Так отрок Библии, безумный расточитель,
До капли истощив раскаянья фиал,
Увидев наконец родимую обитель,
Главой поник и зарыдал.
В пылу восторгов скоротечных,
В бесплодном вихре суеты,
О, много расточил сокровищ я сердечных
За недоступные мечты,
И долго я блуждал, и часто, утомленный,
Раскаяньем горя, предчувствуя беды,
Я думал о тебе, предел благословенный,
Воображал сии сады.
Воображаю день счастливый,
Когда средь вас возник лицей,
И слышу наших игр я снова шум игривый,
И вижу вновь семью друзей.
Вновь нежным отроком,
то пылким, то ленивым,
Мечтанья смутные в груди моей тая,
Скитаясь по лугам, по рощам молчаливым,
Поэтом забываюсь я.
(1829)

В чем же так горько, так беспощадно каялся наш поэт? Конечно, в грехах против седьмой заповеди, — в этом отношении его совесть оказывалась более чуткой даже сравнительно с совестью блаженного Августина, написавшего свою чистосердечную исповедь.

Последний открыто каялся перед читателями, не щадя своего святительского авторитета, но в чем главным образом? Увы, и здесь в нем сказался более римский юрист, чем смиренный христианин: он оплакивает грехи своей молодости, но главным образом то, что он в детстве. воровал яблоки и другие фрукты в чужом саду, что, конечно, делает всякий порядочный мальчишка, особенно на знойном Юге, где фрукты дешевле, чем у нас щавель. Блаженный Августин жестоко терзает свое сердце за то, что, воруя фрукты, он это делал не под давлением нужды, а ради глупого молодечества. Зато чрезвычайно равнодушно он упоминает о бывшем у него незаконнорожденном ребенке, которого смерть похитила уже в юношеском возрасте.

Читать еще:  Вспоминается мне ранняя погожая осень бунин

Покаяние же Пушкина в своих юношеских грехах не было просто всплеском безотчетного чувства, но имело тесную связь с его общественными и даже государственными убеждениями. Вот какие предсмертные слова влагает он в уста умирающего царя Бориса Годунова к своему сыну Феодору:

Храни, храни святую чистоту
Невинности и гордую стыдливость:
Кто чувствами в порочных наслажденьях
В младые дни привыкнул утопать,
Тот, возмужав, угрюм и кровожаден,
И ум его безвременно темнеет.
В семье своей будь завсегда главою;
Мать почитай, но властвуй сам собою —
Ты муж и царь; люби свою сестру —
Ты ей один хранитель остаешься.

Далек был Пушкин от общепризнанного теперь парадокса о том, что нравственная жизнь каждого есть исключительно его частное дело, а общественная деятельность его совершенно не связана с первою.

В годы своей возмужалости Пушкин надеялся освободиться от юношеских страстей и написал стихотворение «Возрождение»:

Художник-варвар кистью сонной
Картину гения чернит
И свой рисунок беззаконный
Над ней бессмысленно чертит.
Но краски чуждые, с летами,
Спадают ветхой чешуей;
Созданье гения пред нами
Выходит с прежней красотой.
Так исчезают заблужденья
С измученной души моей
И возникают в ней виденья
Первоначальных, чистых дней.

К этой же теме он возвращается не однажды, открывая читателю изменяющееся к лучшему настроение своей души.

Я пережил свои желанья,
Я разлюбил свои мечты;
Остались мне одни страданья,
Плоды сердечной пустоты.
Под бурями судьбы жестокой
Увял цветущий мой венец;
Живу печальный, одинокий
И жду: придет ли мой конец?
Так, поздним хладом пораженный,
Как бури слышен зимний свист,
Один — на ветке обнаженной
Трепещет запоздалый лист.

Пушкин постоянно думал о неизбежном исходе человеческой жизни:

Брожу ли я вдоль улиц шумных,
Вхожу ль во многолюдный храм,
Сижу ль меж юношей безумных,
Я предаюсь моим мечтам.
Я говорю: промчатся годы,
И сколько здесь ни видно нас,
Мы все сойдем под вечны своды —
И чей-нибудь уж близок час.
Гляжу ль на дуб уединенный,
Я мыслю: патриарх лесов
Переживет мой век забвенный,
Как пережил он век отцов.
Младенца ль милого ласкаю,
Уже я думаю: прости!
Тебе я место уступаю:
Мне время тлеть, тебе цвести.
День каждый, каждую годину
Привык я думой провождать,
Грядущей смерти годовщину
Меж их стараясь угадать.
И где мне смерть пошлет судьбина?
В бою ли, в странствии, в волнах?
Или соседняя долина
Мой примет охладелый прах?
И хоть бесчувственному телу
Равно повсюду истлевать,
Но ближе к милому пределу
Мне всё б хотелось почивать.
И пусть у гробового входа
Младая будет жизнь играть
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.

Однако мысль о смерти внушает ему не уныние, а покорность воле Божией и примирение со своим жребием:

. Вновь я посетил
Тот уголок земли, где я провел
Изгнанником два года незаметных

Религиозное чувство Пушкина не имело только строго индивидуальный характер: перед его сознанием носился образ вдохновенного пророка, к коему он обращался не однажды. Не однажды мы уже читали о том потрясающем впечатлении, какое производила декламация Достоевским пушкинского «Пророка». В эти минуты оба великих писателя как бы сливались в одно существо, очевидно, прилагая к себе самим то видение пророка Исаии, которое Пушкин изложил в своем стихотворении:

Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился,
И шестикрылый Серафим
На перепутье мне явился;
Перстами легкими, как сон,
Моих зениц коснулся он.
Отверзлись вещие зеницы,
Как у испуганной орлицы.
Моих ушей коснулся он,—
И их наполнил шум и звон:
И внял я неба содроганье,
И горний Ангелов полет,
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье.
И он к устам моим приник
И вырвал грешный мой язык,
И празднословный и лукавый,
И жало мудрыя змеи
В уста замершие мои
Вложил десницею кровавой.
И он мне грудь рассек мечом,
И сердце трепетное вынул,
И угль, пылающий огнем,
Во грудь отверстую водвинул.
Как труп, в пустыне я лежал.
И Бога глас ко мне воззвал:
«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею Моей
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector