0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Максим костюченко воспоминания нижегородская епархия

Духовенство Нижегородской епархии поздравило митрополита Георгия с годовщиной архиерейской хиротонии

Поздравление Митрополиту Нижегородскому и Арзамасскому Георгию от духовенства Нижегородской епархии по случаю XVII годовщины архиерейской хиротонии

Ваше Высокопреосвященство, дорогой Владыка!

От имени благочинных округов, духовенства, игуменов и игумений обителей, настоятелей и настоятельниц архиерейских подворий, монашествующих и паствы Нижегородской епархии поздравляем Вас с годовщиной архиерейской хиротонии!

Многие годы своей жизни Вы положили на алтарь служения Святой Матери Церкви – духовно возрастая в стенах Троице-Сергиевой Лавры, впитывая дух веками формировавшейся традиции жизни по евангельским принципам, Вы исполнились подкрепляющей Благодатью Божией и семнадцать лет назад прибыли на Нижегородскую землю для окормления своей многочисленной паствы.

За это время вверенная Вашему попечению митрополия значительно преобразилась – нет на этой обширной территории ни одного храма или монастыря, обделённого Вашим святительским вниманием! Сотни храмов и часовен были возрождены или заново устроены Вашим попечением, благодаря Вашим трудам в составе Попечительского совета по воссозданию исторического облика Саровской и Дивеевской обителей преображаются известные всему миру монастыри.

Всем известно, что особое усердие Вы неизменно проявляете в заботе о православном образовании и воспитании подрастающего поколения. Духовная семинария, Центр подготовки церковных специалистов «Покров», девять православных гимназий и православная монастырская школа, детские сады и приходские воскресные школы – вот обильные всходы Ваших трудов на ниве духовного просвещения.

За прошедшие семнадцать лет служения на Нижегородской земле Вы сумели установить тёплые отношения соработничества с представителями светской власти, общественных движений, силовых структур, образования, медицины, культуры, социальной сферы, средств массовой информации и предпринимателями. К Вашим словам прислушиваются, Ваше мнение является решающим при обсуждении церковно-общественных вопросов.

Собирая под своим святительским омофором множество чад Русской Православной Церкви, Вы всем преподаёте пример непрестанного служения во славу Господа и Спасителя, призывая преуспевать, как учит Писание, в правде, благочестии, вере, любви, терпении, кротости (1 Тим 6:11).

Осенённый благодатью апостольского служения, Вы – добрый пастырь для всех православных на Нижегородской земле. Видя столь усердное деятельное попечение, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл оказывает Вам особое доверие, вверяя ответственные послушания. Вы возглавляете Комиссию межсоборного присутствия по монастырям и монашеству, состоите в Комиссии по старообрядным приходам, являетесь членом Синодальной библейско-богословской комиссии, и это – свидетельство того, что Ваш многолетний опыт пастырского служения активно востребован на общецерковном уровне.

Достойной оценкой Ваших многочисленных и разносторонних трудов послужила высокая награда, преподанная Предстоятелем Русской Православной Церкви, – орден Преподобного Серафима Саровского I степени.

Ваше Высокопреосвященство, вся нижегородская паства видит и ценит Ваши радение, переживание и заботу о Церкви Христовой на нашей земле. Регулярные богослужения, встречи с общественностью, беседы с подрастающим поколением – все это говорит о Вас как об истинном архипастыре Церкви Божией.

Дорогой Владыка, в день годовщины Вашей архиерейской хиротонии от всего сердца желаем Вам помощи Божией в святительском служении, заступничества святых земли Нижегородской и Покрова Царицы Небесной. Да сохранит Господь Вас и вверенную Вашему попечению паству и дарует душевный мир и долгие годы жизни и служения на благо Святой Матери Церкви!

Ис пола эти деспота!

При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.

Ахилла

Главное Меню
  • Главная
  • Мониторинг СМИ
  • И воцарился страх. Как разрушалась церковно-общественная жизнь в Нижегородской епархии, часть II

И воцарился страх. Как разрушалась церковно-общественная жизнь в Нижегородской епархии, часть II

31 мая 2020 Ахилла

Денис Воробьев, историк, преподаватель

Мы продолжим описание событий, связанных с борьбой митрополита Георгия (Данилова) с церковностью и евангельскими принципами жизни на территории Нижегородской епархии. Эта печальная летопись имеет своей целью преодоление разгулявшегося зла, которое получило слишком большое и бесконтрольное развитие в Русской православной церкви в прекрасной области России, поистине достойной лучшего. Ранее была опубликована первая часть.

Развал общины при Храме Жен Мироносиц

Еще одна показательная история связна с приходской общиной при храме св. Жен Мироносиц в историческом центре Нижнего Новгорода, недалеко от кремля.

Она стала складываться с 1995 года, благодаря серьезному, вдумчивому и заботливому человеку — протоиерею Владимиру Краеву. Люди дружили и за пределами храма, настоятель призывал их ходить друг ко другу в гости, навещать в больнице, принимать участие в иных нуждах. Они вместе восстанавливали храм, собирались на встречи, общались, встречали вместе свои дни рождения и дни кончины родных и близких, была книжная лавка, воскресная школа.

Теплая атмосфера и сложившийся уклад стал разрушаться с приходом нового епископа Георгия. Причина — «мало дохода, медленно восстанавливается храм». Сначала о. Владимир был отодвинут с должности настоятеля, а затем вообще отослан в храм с. Владимирское, что близ озера Светлояр на севере Нижегородской области. Священник завещал своим духовным чадам заботиться о храме и не покидать его, хотя многие всё же разошлись по другим приходам. Оставшиеся пережили смену пяти священников подряд, в результате чего их вера в Церковь изрядно надломилась. Христианские отношения оказались не нужны руководству епархии, едва завязывавшиеся связи с пастырями сокрушались раз за разом. А мыслить свою церковность как завязанную на общение вокруг Христа, а не на храме как таковом, они не очень умели. Отношения постепенно охлаждались и уходили.

Сильно была подорвана вера в Церковь, когда настоятелем данного прихода стал брат митрополита Георгия игумен Василий (Данилов). Человек властный, взрывной, непредсказуемый, который мог кричать на священников и мальчишек-помощников по алтарю во время богослужения, часто их унижал и придирался к разного рода мелочам. Рядовыми священниками в своем подчинении он был часто недоволен и нередко просил брата заменить их. Ему было дано в управление и «кормление» три храма центральной части города (своего рода мини-благочиние). Эти храмы он регулярно объезжал на своем лимузине, держа в страхе перед собой всех работающих там.

О нем ходила дурная слава по всему городу. Быть переведенным под его начальство считалось самым ужасным наказанием. Вырваться священнику самому оттуда было довольно трудно, некоторые из них предпринимали такие попытки, намеренно ведя себя принципиально или юродствуя, но оказывались, к примеру, в далеком селе Разнежье на востоке области со всей своей семьей.

Игумен Василий прямо запрещал «чаепития по углам» и крайне подозрительно относился ко всякой даже минимальной сплоченности внутри прихода, настойчиво подозревая почему-то, что люди дружат против него. Его правая рука, бухгалтер приходов, активно помогала, донося ему все разведанные ею сведения.

Борьба с миссией и оглашением ряда нижегородских священников

Интересным и ярким временем в жизни этого прихода было служение в этом храме молодого священника, преподавателя Нижегородской духовной семинарии Андрея Логинова с 2010 по 2015 годы. То был новый виток собирания общинной жизни. О. Андрей сделал своим приоритетом общение с конкретными людьми, адресную духовную помощь.

Через два года служения настоятель разрешил ему проводить занятия для прихожан как преподавателю. А вскоре ушел «на повышение»: митрополит Георгий договорился со своим другом — митрополитом Архангельским Даниилом (человеком очень похожей формации), и брат Василий стал епископом в новообразованной Котласской и Вельской епархии.

В храм был назначен новый настоятель — протоиерей Сергий Мельчаков. Этот священник был переведен из Городца Нижегородской области по протекции спонсора — влиятельного предпринимателя Виктора Клочая. В районе Городца находилась дача последнего, в тех местах и произошло его знакомство со священником. Близ храма Жен Мироносиц в центре города на склоне Почаинского оврага находится главная резиденция Виктора Клочая с видом на Нижегородский кремль. К тому же он вошел в попечительский совет прихода вместе с Татьяной Шанцевой, супругой тогдашнего губернатора, и стал одним из основных источников оплаты реставрационных работ. Весьма неплохо, когда в этом храме и свой священник.

Митрополит Георгий поставил перед новым настоятелем задачу повысить доход, а также вверил ему под начало еще два близлежащих храма в надежде, что деньги спонсора «перетекут» и туда. Новый настоятель тут же стал «выкручивать руки» своим продавцам, чтобы они более эффективно убеждали покупателей церковной лавки покупать товар и заказывать требы, используя все возможные «маркетинговые ходы». Хотя при этом не стеснялся обогащаться сам, используя подвернувшуюся возможность оказаться в «столице Поволжья».

При таких приоритетах новый настоятель о. Сергий сначала был рад миссионерским усилиям о. Андрея Логинова. Но потом понял, что вместе они явно не уживутся. Всему виной принципиальность о. Андрея: он вел просветительские встречи перед крещением и венчанием, без которых крестить и венчать людей ему не хотелось, а это сильно отсрочивало даты этих таинств и время «пожертвований» за них в кассу храма. И пусть о. Андрей и общался с прихожанами по воскресным дням, проводил личные встречи по духовным вопросам, пусть постепенно в храме люди стали объединяться, общаться, стремиться вместе ездить в паломнические поездки, быть друзьями в вере и жизни. Это только в перспективе сулило доход для настоятеля, а сразу его не приносило. Неверующие люди в результате подхода о. Андрея и вовсе не крестились и не венчались, а переходили на длительные евангельские встречи.

Настоятелю стал не нравиться такой подход: сначала вера — потом таинства. Зачем это? «Что такое вера», «кто может ее оценить», этого ненужно, «нам надо делать лепнину на храме на 400 тыс. рублей, а ты тут с людьми возишься; они бы уже давно покрестились, и мы бы имели с них доход» — такие реплики стали раздаваться всё чаще. Но о. Андрей не слушал. Тогда настоятелю «пришлось» писать на него рапорты митрополиту Георгию, стараясь представить молодого священника в его глазах смутьяном.

Интересно, что к этому времени благодаря деятельности о. Андрея уже сложился целый дружеский круг верующих. Они стали задумываться о том, чтобы пройти цикл целостного научения (оглашения), чтобы быть не просто «захожанами» и прихожанами с багажом случайных знаний и обрывочного опыта, а настоящими верующими христианами, знающими Писание, живущими по правде Божией вместе. В них стало рождаться желание миссионерствовать за пределами прихода, приводить к Богу родных, близких и знакомых, отвечать за Церковь.

Общая жизнь всё набирала обороты, группа оглашаемых уже почти прошла свой путь, они дружили не только в стенах храма, а в храме приветствовали друг друга, стояли вместе, следили за богослужением по книжкам. Некоторые прихожане, не привыкшие к такой общинной жизни, стали говорить: «Уж не секта ли это?» И хотя в личных беседах эти сомнения рассеивались, но для настоятеля это был еще один удобный повод для рапортов. Тем более молодой о. Андрей стал устраивать миссионерские евангельские встречи за пределами прихода, это хорошо укладывалось в обвинение его в «попытке создания подпольной раскольнической группы».

Митрополит решил не только внять этим рапортам и доносам, он решил устроить показательную расправу над о. Андреем Логиновым и некоторыми священниками, оказавшимися в кругу его общения и дружбы: о. Евгением Зариным, о. Сергием Макарычевым, а также о. Алексием Пискуновым, священником Городецкой епархии Нижегородской митрополии. Была создана комиссия, стало фабриковаться дело.

Первые трое священников были отстранены от служения и назначены алтарниками или певчими на клирос. О. Андрея убрали из преподавателей, а о. Сергия отчислили из магистратуры семинарии посреди учебного года без объяснения причин. О. Андрей и о. Евгений должны были убираться в алтаре, убирать снег с крыльца кафедрального собора, чистить сосуды под надзором видеокамер, расположенных в алтаре, мониторы от которых находились в кабинете ключаря собора, всесильного секретаря епархии протоиерея Сергия Матвеева. На богослужениях они без облачений должны были стоять на виду у другого служащего священства, чтобы «другим неповадно было». Состоялось закрытое собрание избранного духовенства, где выступавшие клеймили позором «новоявленных сектантов».

На комиссии о. Андрея убеждали во всем признаться, подписать обвинение и отдаться милости «Его Высокопреосвященства». О. Андрей не пожелал пойти на эти условия, направил в епархию официальные запросы о канонических основаниях для его отстранения и определения на должность алтарника. Это вызвало бурю гнева со стороны руководства, вплоть до желания приехать к нему домой и провести воспитательную беседу с ним и его женой. О. Андрей не выдержал и временно «ушел из алтарников», желая посвятить время больной дочери.

Протоиерей Евгений Зарин был выставлен «модернистом»: он собирал людей на евангельские встречи на своем приходе в с. Подлесово Кстовского района Нижегородской области, сделал книжки для прихожан с параллельным переводом богослужения на русский язык, русифицировал богослужение, читал Писание во время Литургии на русском языке. Так что он тоже как нельзя лучше подходил для «публичной порки».

О. Евгений не вынес унижений и написал официальное письмо о своем уходе. Мне приходилось видеть копию этой бумаги, где энергичным почерком было написано: «В связи с несогласием с наложенным на меня наказанием…, а еще более по причине несогласия с воцарившемся в нашей епархии духом страха и подавления всякой инициативы, что никак не может соответствовать духу Святого Евангелия, которое я проповедовал в меру свои человеческих сил все эти годы, прошу освободить меня от всех занимаемых должностей и не считать меня больше клириком Нижегородской епархии… 28.11.2015».

Новости о кампании, проходившей в недрах епархии, стали просачиваться в интернет-блоги и достигли патриархии. Там совсем не нужен был очередной церковный скандал, о чем сообщили Нижегородскому митрополиту. Тогда он был вынужден сделать временно ход назад. Священника Евгения Зарина удалось «выудить» на заседание епархиального совета, где епископ Илья (Быков), викарий митрополита, с некоторыми другими его приближенными, убедили о. Евгения «проявить смирение, не ссориться» и забрать данное прошение в обмен на возможность когда-нибудь вернуться.

О. Сергия Макарычева вернули к служению. О. Андрея Логинова также вернули, но спустя время решили наказать и состряпать дисциплинарное дело по обвинению в том, что он якобы раз вышел на больничный, вовремя не уведомив об этом, а также вменили за прогул время, когда он не работал алтарником в храме, после чего ему дали выговор и 15 суток исправления в монастыре. Решение комиссии ему зачитали через минуту после завершения ее работы по заранее напечатанному документу.

Читать еще:  Как поминают на кладбище

После возвращения из заключения в монастыре он вернулся в кафедральный Собор под надзор и постоянное моральное давление секретаря епархии, а также его решили удалять из города по выходным, вменив в обязанность поездки за 101 километр каждый воскресный день для проведения богослужений в селах Нижегородской области. Это было сделано для того, чтобы рассеять дружеский круг, образовавшийся у о. Андрея во время его служения в храме.

Иерея Алексия Пискунова удалось «достать» и в другой епархии. Впрочем, это оказалось не так сложно сделать, ведь епископ Городецкий Августин оказался почему-то в полной зависимости от митрополита Георгия, руководителя митрополии. Епископу Августину и его главному чиновнику, секретарю епархии о. Илье Тюрину, прямо дали указания из Нижнего Новгорода относительно о. Алексия, который был тогда настоятелем храма села Роженцово на северо-восточной границе епархии. Сослать куда-то дальше его было невозможно. Оставалось искать причины запретить его через опрос прихожан. Долго не удавалось найти никакого повода для запрета, слишком уж любили прихожане о. Алексия. И было за что: он способствовал собиранию прихода, проводил огласительные встречи, вдохновенно проповедовал за богослужением.

Но вот однажды после спора с регентом храма, которая опоздала на богослужение, та поделилась с одним священником, что о. Алексий резко разговаривал с ней, потому что вероятно был «навеселе». Тот священник тут же написал рапорт епископу, и наспех составленный суд осудил, а епископ Августин подписал указ о запрещении в служении. Никакие доводы роли уже не играли.

Узнав, что о. Алексий обратился с иском в Общецерковный суд при патриархе в Москве, Городецкая епархия решила подстраховаться и накопать еще каких-нибудь порочащих сведений. Выехав в село Роженцово, секретарь епархии о. Илья провел опрос прихожан, и ему подвернулся интересный факт, который можно было перетолковать в свою сторону.

Ему удалось узнать, что о. Алексий с ведома благочинного и по решению приходского совета передал владимирским реставраторам иконные доски с утраченным изображением в обмен на восстановление икон храма, которые было бы возможно отреставрировать. Это можно было представить как продажу святынь и подвести под определения канонического церковного права, которые запрещают так поступать и определяют такие действия в качестве святотатства. Только надо было заставить благочинного написать, что не было никакого благословения, а также «потерять» акты приходского совета и найти свидетеля, который дал бы порочащие показания.

Такого свидетеля удалось найти в лице пьющего кочегара храма, который подписал заранее составленные бумаги.

Спасло о. Алексия то, что он собрал большое число свидетельских показания очевидцев. Общецерковный суд в Москве был выигран о. Алексием, несмотря на то, что из Нижнего Новгорода на процесс были высланы документы о том, что его как-то поймали выпившим еще во время учебы в семинарии, что якобы подтверждало его постоянное и систематическое пьянство. Суд признал собранные сведения недостаточными для обвинения и оправдал о. Алексия к неудовольствию митрополита Георгия и епископа Августина.

На этом завершился первый акт непростой истории борьбы ряда нижегородских священников за возможность проповедовать и служить Богу и людям.

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340 (Плужников Алексей Юрьевич)


Или с помощью этой формы, вписав любую сумму:

Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Главные новости

В одиннадцатую годовщину интронизации Святейшего Патриарха Кирилла в Храме Христа Спасителя состоялся торжественный прием

Святейший Патриарх Кирилл предложил добавить в Конституцию РФ упоминание о Боге

Председатель Государственной Думы России В.В. Володин поздравил Святейшего Патриарха Кирилла с годовщиной интронизации

Заместитель председателя Совета Безопасности РФ Д.А. Медведев поздравил Святейшего Патриарха Кирилла с годовщиной интронизации

Председатель Правительства РФ М.В. Мишустин поздравил Святейшего Патриарха Кирилла с годовщиной интронизации

Архив

В Нижнем Новгороде прошли торжества, посвященные памяти митрополита Николая (Кутепова)

7 мая 2020 года, во вторник 2-й седмицы по Пасхе, день Радоницы, в Нижнем Новгороде прошли торжества, посвященные 95-летию со дня рождения митрополита Николая (Кутепова) (1924-2001). С именем приснопамятного владыки, ветерана Великой Отечественнной войны, с 1977 по 2001 год управлявшего Нижегородской епархией, связано возрождение церковной жизни и системы духовного образования на Нижегородской земле.

В часовне за алтарем Спасского Староярмарочного собора, где похоронен митрополит Николай, была совершена заупокойная лития. Богослужение возглавил митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий.

В храме молились председатель Синодального комитета по взаимодействию с казачеством митрополит Ставропольский и Невинномысский Кирилл, викарий Нижегородской епархии епископ Балахнинский Илия, епископ Городецкий и Ветлужский Августин, епископ Выксунский и Павловский Варнава, епископ Лысковский и Лукояновский Силуан, секретарь Архиерейского совета Нижегородской митрополии протоиерей Сергий Матвеев, заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата архимандрит Филарет (Булеков), настоятельница Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря игумения Сергия (Конкова), настоятельница Свято-Троицкого Макарьевского Желтоводского монастыря игумения Михаила (Орлова), клирики Нижегородской митрополии, прихожане нижегородских храмов.

На богослужении присутствовал директор по развитию производственной системы ГК «Росатом» Сергей Обозов.

По окончании литии перед зданием Нижегородской духовной семинарии состоялось торжественное открытие памятника митрополиту Николаю. Идея создания монумента принадлежит руководству духовной школы. Скульптура изготовлена попечением благотворителя Геннадия Натокина. Автор композиции — член Московского союза художников скульптор Алексей Щитов. Архитектурный проект выполнен сотрудниками персональной творческой мастерской архитектора Сергея Тимофеева.

На торжестве присутствовали главы Нижегородской и Ставропольской митрополий, епископ Илия, епископ Августин, епископ Варнава, епископ Силуан, протоиерей Сергий Матвеев, архимандрит Филарет (Булеков), настоятель Вознесенского Печерского монастыря архимандрит Тихон (Затекин), настоятель Благовещенского монастыря архимандрит Александр (Лукин), игумения Сергия (Конкова), игумения Михаила (Орлова), настоятельница нижегородского Крестовоздвиженского монастыря игумения Филарета (Гажу), первый проректор НДС протоиерей Александр Мякинин, преподаватели и студенты семинарии и Центра подготовки церковных специалистов «Покров» имени митрополита Николая (Кутепова), клирики Нижегородской митрополии, члены Нижегородского регионального общественного фонда памяти митрополита Нижегородского и Арзамасского Николая во главе с председателем правления Анатолием Козерадским, председатель Нижегородской еврейской общины Эдуард Чепрак, председатель Духовного управления мусульман Нижегородской области Гаяз-хазрат Закиров, представители прессы, многочисленные нижегородцы.

Красную ленточку перед монументом перерезали митрополит Георгий и митрополит Кирилл. Участники мероприятия возложили к памятнику цветы. Затем глава Нижегородской митрополии освятил памятник.

Митрополит Георгий обратился к присутствующим со словом. Архипастырь подчеркнул, что 7 мая 2020 года стал знаменательным для Нижнего Новгорода. Именно в этот день, в преддверии праздника Победы, в городе открыт памятник митрополиту Николаю — участнику Великой Отечественной войны. «Он прошел свой ратный путь с честью и достоинством, — сказал владыка Георгий. — А вернувшись с фронта, пошел по другому многотрудному пути — пути воина Христова. Почти четверть века он нес служение на Нижегородской земле. Сначала — в сложных условиях, которые создавало атеистическое государство, затем — в непростой обстановке заката советской империи. Он многое сделал для возрождения духовной жизни на нашей земле и особое внимание уделял духовным школам, которые вернулись из небытия в годы служения владыки Николая. Он для нас — образец мужества, мудрости, ревностного служения».

Глава Нижегородской митрополии поблагодарил всех, кто принял участие в создании памятника и отметил, что он был установлен в рамках мероприятий по подготовке к празднованию 800-летия Нижнего Новгорода и 300-летия Нижегородской духовной семинарии, которые будут отмечаться в 2021 году.

Затем со словом к участникам мероприятия обратился глава Ставропольской митрополии. Он, еще будучи иеромонахом, клириком Нижегородской епархии, вместе с митрополитом Николаем стоял у истоков возрождения духовных школ на Нижегородской земле и стал первым ректором возрожденной в 1995 году духовной семинарии.

«Я приехал издалека, но мое сердце когда-то навсегда осталось здесь, на Нижегородской земле, — сказал митрополит Кирилл. — Тут моим духовным наставником и, можно сказать, настоящим отцом стал владыка Николай (Кутепов). Но настоящий отец — это не тот, кто всегда гладит по головке. Нет, он и ласков, и строг. Таким был и митрополит Николай. И его строгость происходила от любви к человеку, она опиралась на мудрость и жизненный опыт. Я счастлив был служить с ним. И сейчас в своем архипастырском служении стараюсь использовать его опыт, то, что когда-то смог получить от него».

Митрополит Кирилл отметил и заслуги владыки Николая в деле возрождения приходов. Их число за время его служения выросло с 45 до 450. Затем митрополит Георгий успешно продолжил этот труд.

По окончании церемонии в Нижегородской духовной семинарии состоялся вечер памяти митрополита Николая. Участники праздничного мероприятия посмотрели фильм, рассказывающий об одной странице жизни приснопамятного владыки — его безграничной любви и преданности духовному наставнику — архиепископу Тульскому и Белевскому Антонию (Марценко), который в советское время был репрессирован и умер в лагере.

Перед гостями вечера выступил семинарский хор под управлением регента Натальи Мякининой. Прозвучали казачьи песни, песни времен Первой мировой и Великой Отечественной войн.

Своими воспоминаниями о владыке Николае поделился митрополит Кирилл. Архиерей рассказал и о начале возрождения Нижегородской духовной семинарии. В завершение выступления владыка исполнил вместе с семинаристами песню архидиакона Романа Тамберга «Русь называют святою». Архипастырь поблагодарил всех, кто причастен к созданию памятника и проведению торжеств в честь митрополита Николая (Кутепова), и особо — митрополита Георгия за большую работу по увековечиванию его памяти.

О приснопамятном владыке говорили архимандрит Филарет и Эдуард Чепрак.

Митрополит Георгий вручил архиерейские грамоты Геннадию Натокину, Алексею Щитову, Сергею и Максиму Тимофеевым, преподавателю Нижегородской духовной семинарии Алексею Дьяконову (за книгу «Митрополит Николай (Кутепов) и его время»). Грамотой Нижегородского клуба имени митрополита Николая (Кутепова) за организацию работ по установке памятника был награжден заместитель ректора НДС по хозяйственной части Юрий Быков.

Ахилла

Главное Меню
  • Главная
  • Мониторинг СМИ
  • И воцарился страх. Как разрушалась церковно-общественная жизнь в Нижегородской епархии, часть II

И воцарился страх. Как разрушалась церковно-общественная жизнь в Нижегородской епархии, часть II

31 мая 2020 Ахилла

Денис Воробьев, историк, преподаватель

Мы продолжим описание событий, связанных с борьбой митрополита Георгия (Данилова) с церковностью и евангельскими принципами жизни на территории Нижегородской епархии. Эта печальная летопись имеет своей целью преодоление разгулявшегося зла, которое получило слишком большое и бесконтрольное развитие в Русской православной церкви в прекрасной области России, поистине достойной лучшего. Ранее была опубликована первая часть.

Развал общины при Храме Жен Мироносиц

Еще одна показательная история связна с приходской общиной при храме св. Жен Мироносиц в историческом центре Нижнего Новгорода, недалеко от кремля.

Она стала складываться с 1995 года, благодаря серьезному, вдумчивому и заботливому человеку — протоиерею Владимиру Краеву. Люди дружили и за пределами храма, настоятель призывал их ходить друг ко другу в гости, навещать в больнице, принимать участие в иных нуждах. Они вместе восстанавливали храм, собирались на встречи, общались, встречали вместе свои дни рождения и дни кончины родных и близких, была книжная лавка, воскресная школа.

Теплая атмосфера и сложившийся уклад стал разрушаться с приходом нового епископа Георгия. Причина — «мало дохода, медленно восстанавливается храм». Сначала о. Владимир был отодвинут с должности настоятеля, а затем вообще отослан в храм с. Владимирское, что близ озера Светлояр на севере Нижегородской области. Священник завещал своим духовным чадам заботиться о храме и не покидать его, хотя многие всё же разошлись по другим приходам. Оставшиеся пережили смену пяти священников подряд, в результате чего их вера в Церковь изрядно надломилась. Христианские отношения оказались не нужны руководству епархии, едва завязывавшиеся связи с пастырями сокрушались раз за разом. А мыслить свою церковность как завязанную на общение вокруг Христа, а не на храме как таковом, они не очень умели. Отношения постепенно охлаждались и уходили.

Сильно была подорвана вера в Церковь, когда настоятелем данного прихода стал брат митрополита Георгия игумен Василий (Данилов). Человек властный, взрывной, непредсказуемый, который мог кричать на священников и мальчишек-помощников по алтарю во время богослужения, часто их унижал и придирался к разного рода мелочам. Рядовыми священниками в своем подчинении он был часто недоволен и нередко просил брата заменить их. Ему было дано в управление и «кормление» три храма центральной части города (своего рода мини-благочиние). Эти храмы он регулярно объезжал на своем лимузине, держа в страхе перед собой всех работающих там.

О нем ходила дурная слава по всему городу. Быть переведенным под его начальство считалось самым ужасным наказанием. Вырваться священнику самому оттуда было довольно трудно, некоторые из них предпринимали такие попытки, намеренно ведя себя принципиально или юродствуя, но оказывались, к примеру, в далеком селе Разнежье на востоке области со всей своей семьей.

Игумен Василий прямо запрещал «чаепития по углам» и крайне подозрительно относился ко всякой даже минимальной сплоченности внутри прихода, настойчиво подозревая почему-то, что люди дружат против него. Его правая рука, бухгалтер приходов, активно помогала, донося ему все разведанные ею сведения.

Борьба с миссией и оглашением ряда нижегородских священников

Интересным и ярким временем в жизни этого прихода было служение в этом храме молодого священника, преподавателя Нижегородской духовной семинарии Андрея Логинова с 2010 по 2015 годы. То был новый виток собирания общинной жизни. О. Андрей сделал своим приоритетом общение с конкретными людьми, адресную духовную помощь.

Через два года служения настоятель разрешил ему проводить занятия для прихожан как преподавателю. А вскоре ушел «на повышение»: митрополит Георгий договорился со своим другом — митрополитом Архангельским Даниилом (человеком очень похожей формации), и брат Василий стал епископом в новообразованной Котласской и Вельской епархии.

В храм был назначен новый настоятель — протоиерей Сергий Мельчаков. Этот священник был переведен из Городца Нижегородской области по протекции спонсора — влиятельного предпринимателя Виктора Клочая. В районе Городца находилась дача последнего, в тех местах и произошло его знакомство со священником. Близ храма Жен Мироносиц в центре города на склоне Почаинского оврага находится главная резиденция Виктора Клочая с видом на Нижегородский кремль. К тому же он вошел в попечительский совет прихода вместе с Татьяной Шанцевой, супругой тогдашнего губернатора, и стал одним из основных источников оплаты реставрационных работ. Весьма неплохо, когда в этом храме и свой священник.

Читать еще:  Когда поминают усопших в 2018

Митрополит Георгий поставил перед новым настоятелем задачу повысить доход, а также вверил ему под начало еще два близлежащих храма в надежде, что деньги спонсора «перетекут» и туда. Новый настоятель тут же стал «выкручивать руки» своим продавцам, чтобы они более эффективно убеждали покупателей церковной лавки покупать товар и заказывать требы, используя все возможные «маркетинговые ходы». Хотя при этом не стеснялся обогащаться сам, используя подвернувшуюся возможность оказаться в «столице Поволжья».

При таких приоритетах новый настоятель о. Сергий сначала был рад миссионерским усилиям о. Андрея Логинова. Но потом понял, что вместе они явно не уживутся. Всему виной принципиальность о. Андрея: он вел просветительские встречи перед крещением и венчанием, без которых крестить и венчать людей ему не хотелось, а это сильно отсрочивало даты этих таинств и время «пожертвований» за них в кассу храма. И пусть о. Андрей и общался с прихожанами по воскресным дням, проводил личные встречи по духовным вопросам, пусть постепенно в храме люди стали объединяться, общаться, стремиться вместе ездить в паломнические поездки, быть друзьями в вере и жизни. Это только в перспективе сулило доход для настоятеля, а сразу его не приносило. Неверующие люди в результате подхода о. Андрея и вовсе не крестились и не венчались, а переходили на длительные евангельские встречи.

Настоятелю стал не нравиться такой подход: сначала вера — потом таинства. Зачем это? «Что такое вера», «кто может ее оценить», этого ненужно, «нам надо делать лепнину на храме на 400 тыс. рублей, а ты тут с людьми возишься; они бы уже давно покрестились, и мы бы имели с них доход» — такие реплики стали раздаваться всё чаще. Но о. Андрей не слушал. Тогда настоятелю «пришлось» писать на него рапорты митрополиту Георгию, стараясь представить молодого священника в его глазах смутьяном.

Интересно, что к этому времени благодаря деятельности о. Андрея уже сложился целый дружеский круг верующих. Они стали задумываться о том, чтобы пройти цикл целостного научения (оглашения), чтобы быть не просто «захожанами» и прихожанами с багажом случайных знаний и обрывочного опыта, а настоящими верующими христианами, знающими Писание, живущими по правде Божией вместе. В них стало рождаться желание миссионерствовать за пределами прихода, приводить к Богу родных, близких и знакомых, отвечать за Церковь.

Общая жизнь всё набирала обороты, группа оглашаемых уже почти прошла свой путь, они дружили не только в стенах храма, а в храме приветствовали друг друга, стояли вместе, следили за богослужением по книжкам. Некоторые прихожане, не привыкшие к такой общинной жизни, стали говорить: «Уж не секта ли это?» И хотя в личных беседах эти сомнения рассеивались, но для настоятеля это был еще один удобный повод для рапортов. Тем более молодой о. Андрей стал устраивать миссионерские евангельские встречи за пределами прихода, это хорошо укладывалось в обвинение его в «попытке создания подпольной раскольнической группы».

Митрополит решил не только внять этим рапортам и доносам, он решил устроить показательную расправу над о. Андреем Логиновым и некоторыми священниками, оказавшимися в кругу его общения и дружбы: о. Евгением Зариным, о. Сергием Макарычевым, а также о. Алексием Пискуновым, священником Городецкой епархии Нижегородской митрополии. Была создана комиссия, стало фабриковаться дело.

Первые трое священников были отстранены от служения и назначены алтарниками или певчими на клирос. О. Андрея убрали из преподавателей, а о. Сергия отчислили из магистратуры семинарии посреди учебного года без объяснения причин. О. Андрей и о. Евгений должны были убираться в алтаре, убирать снег с крыльца кафедрального собора, чистить сосуды под надзором видеокамер, расположенных в алтаре, мониторы от которых находились в кабинете ключаря собора, всесильного секретаря епархии протоиерея Сергия Матвеева. На богослужениях они без облачений должны были стоять на виду у другого служащего священства, чтобы «другим неповадно было». Состоялось закрытое собрание избранного духовенства, где выступавшие клеймили позором «новоявленных сектантов».

На комиссии о. Андрея убеждали во всем признаться, подписать обвинение и отдаться милости «Его Высокопреосвященства». О. Андрей не пожелал пойти на эти условия, направил в епархию официальные запросы о канонических основаниях для его отстранения и определения на должность алтарника. Это вызвало бурю гнева со стороны руководства, вплоть до желания приехать к нему домой и провести воспитательную беседу с ним и его женой. О. Андрей не выдержал и временно «ушел из алтарников», желая посвятить время больной дочери.

Протоиерей Евгений Зарин был выставлен «модернистом»: он собирал людей на евангельские встречи на своем приходе в с. Подлесово Кстовского района Нижегородской области, сделал книжки для прихожан с параллельным переводом богослужения на русский язык, русифицировал богослужение, читал Писание во время Литургии на русском языке. Так что он тоже как нельзя лучше подходил для «публичной порки».

О. Евгений не вынес унижений и написал официальное письмо о своем уходе. Мне приходилось видеть копию этой бумаги, где энергичным почерком было написано: «В связи с несогласием с наложенным на меня наказанием…, а еще более по причине несогласия с воцарившемся в нашей епархии духом страха и подавления всякой инициативы, что никак не может соответствовать духу Святого Евангелия, которое я проповедовал в меру свои человеческих сил все эти годы, прошу освободить меня от всех занимаемых должностей и не считать меня больше клириком Нижегородской епархии… 28.11.2015».

Новости о кампании, проходившей в недрах епархии, стали просачиваться в интернет-блоги и достигли патриархии. Там совсем не нужен был очередной церковный скандал, о чем сообщили Нижегородскому митрополиту. Тогда он был вынужден сделать временно ход назад. Священника Евгения Зарина удалось «выудить» на заседание епархиального совета, где епископ Илья (Быков), викарий митрополита, с некоторыми другими его приближенными, убедили о. Евгения «проявить смирение, не ссориться» и забрать данное прошение в обмен на возможность когда-нибудь вернуться.

О. Сергия Макарычева вернули к служению. О. Андрея Логинова также вернули, но спустя время решили наказать и состряпать дисциплинарное дело по обвинению в том, что он якобы раз вышел на больничный, вовремя не уведомив об этом, а также вменили за прогул время, когда он не работал алтарником в храме, после чего ему дали выговор и 15 суток исправления в монастыре. Решение комиссии ему зачитали через минуту после завершения ее работы по заранее напечатанному документу.

После возвращения из заключения в монастыре он вернулся в кафедральный Собор под надзор и постоянное моральное давление секретаря епархии, а также его решили удалять из города по выходным, вменив в обязанность поездки за 101 километр каждый воскресный день для проведения богослужений в селах Нижегородской области. Это было сделано для того, чтобы рассеять дружеский круг, образовавшийся у о. Андрея во время его служения в храме.

Иерея Алексия Пискунова удалось «достать» и в другой епархии. Впрочем, это оказалось не так сложно сделать, ведь епископ Городецкий Августин оказался почему-то в полной зависимости от митрополита Георгия, руководителя митрополии. Епископу Августину и его главному чиновнику, секретарю епархии о. Илье Тюрину, прямо дали указания из Нижнего Новгорода относительно о. Алексия, который был тогда настоятелем храма села Роженцово на северо-восточной границе епархии. Сослать куда-то дальше его было невозможно. Оставалось искать причины запретить его через опрос прихожан. Долго не удавалось найти никакого повода для запрета, слишком уж любили прихожане о. Алексия. И было за что: он способствовал собиранию прихода, проводил огласительные встречи, вдохновенно проповедовал за богослужением.

Но вот однажды после спора с регентом храма, которая опоздала на богослужение, та поделилась с одним священником, что о. Алексий резко разговаривал с ней, потому что вероятно был «навеселе». Тот священник тут же написал рапорт епископу, и наспех составленный суд осудил, а епископ Августин подписал указ о запрещении в служении. Никакие доводы роли уже не играли.

Узнав, что о. Алексий обратился с иском в Общецерковный суд при патриархе в Москве, Городецкая епархия решила подстраховаться и накопать еще каких-нибудь порочащих сведений. Выехав в село Роженцово, секретарь епархии о. Илья провел опрос прихожан, и ему подвернулся интересный факт, который можно было перетолковать в свою сторону.

Ему удалось узнать, что о. Алексий с ведома благочинного и по решению приходского совета передал владимирским реставраторам иконные доски с утраченным изображением в обмен на восстановление икон храма, которые было бы возможно отреставрировать. Это можно было представить как продажу святынь и подвести под определения канонического церковного права, которые запрещают так поступать и определяют такие действия в качестве святотатства. Только надо было заставить благочинного написать, что не было никакого благословения, а также «потерять» акты приходского совета и найти свидетеля, который дал бы порочащие показания.

Такого свидетеля удалось найти в лице пьющего кочегара храма, который подписал заранее составленные бумаги.

Спасло о. Алексия то, что он собрал большое число свидетельских показания очевидцев. Общецерковный суд в Москве был выигран о. Алексием, несмотря на то, что из Нижнего Новгорода на процесс были высланы документы о том, что его как-то поймали выпившим еще во время учебы в семинарии, что якобы подтверждало его постоянное и систематическое пьянство. Суд признал собранные сведения недостаточными для обвинения и оправдал о. Алексия к неудовольствию митрополита Георгия и епископа Августина.

На этом завершился первый акт непростой истории борьбы ряда нижегородских священников за возможность проповедовать и служить Богу и людям.

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340 (Плужников Алексей Юрьевич)


Или с помощью этой формы, вписав любую сумму:

Максим костюченко воспоминания нижегородская епархия

7 мая 2020 года, во вторник 2-й седмицы по Пасхе, день Радоницы, в Нижнем Новгороде прошли торжества, посвященные 95-летию со дня рождения митрополита Николая (Кутепова) (1924−2001). С именем приснопамятного владыки, ветерана Великой Отечественной войны, с 1977 по 2001 год управлявшего Нижегородской епархией, связано возрождение церковной жизни и системы духовного образования на Нижегородской земле, сообщает сайт Нижегородской епархии.

В часовне за алтарем Спасского Староярмарочного собора, где похоронен митрополит Николай, была совершена заупокойная лития. Богослужение возглавил митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий.

В храме молились председатель Синодального комитета по взаимодействию с казачеством митрополит Ставропольский и Невинномысский Кирилл, викарий Нижегородской епархии епископ Балахнинский Илия, епископ Городецкий и Ветлужский Августин, епископ Выксунский и Павловский Варнава, епископ Лысковский и Лукояновский Силуан, секретарь Архиерейского совета Нижегородской митрополии протоиерей Сергий Матвеев, заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата архимандрит Филарет (Булеков), настоятельница Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря игумения Сергия (Конкова), настоятельница Свято-Троицкого Макарьевского Желтоводского монастыря игумения Михаила (Орлова), клирики Нижегородской митрополии, прихожане нижегородских храмов.

На богослужении присутствовал директор по развитию производственной системы ГК «Росатом» Сергей Обозов.

По окончании литии перед зданием Нижегородской духовной семинарии состоялось торжественное открытие памятника митрополиту Николаю. Идея создания монумента принадлежит руководству духовной школы. Скульптура изготовлена попечением благотворителя Геннадия Натокина. Автор композиции — член Московского союза художников скульптор Алексей Щитов. Архитектурный проект выполнен сотрудниками персональной творческой мастерской архитектора Сергея Тимофеева.

На торжестве присутствовали главы Нижегородской и Ставропольской митрополий, епископ Илия, епископ Августин, епископ Варнава, епископ Силуан, протоиерей Сергий Матвеев, архимандрит Филарет (Булеков), настоятель Вознесенского Печерского монастыря архимандрит Тихон (Затекин), настоятель Благовещенского монастыря архимандрит Александр (Лукин), игумения Сергия (Конкова), игумения Михаила (Орлова), настоятельница нижегородского Крестовоздвиженского монастыря игумения Филарета (Гажу), первый проректор НДС протоиерей Александр Мякинин, преподаватели и студенты семинарии и Центра подготовки церковных специалистов «Покров» имени митрополита Николая (Кутепова), клирики Нижегородской митрополии, члены Нижегородского регионального общественного фонда памяти митрополита Нижегородского и Арзамасского Николая во главе с председателем правления Анатолием Козерадским, председатель Нижегородской еврейской общины Эдуард Чепрак, председатель Духовного управления мусульман Нижегородской области Гаяз-хазрат Закиров, представители прессы, многочисленные нижегородцы.

Красную ленточку перед монументом перерезали митрополит Георгий и митрополит Кирилл. Участники мероприятия возложили к памятнику цветы. Затем глава Нижегородской митрополии освятил памятник.

Митрополит Георгий обратился к присутствующим со словом. Архипастырь подчеркнул, что 7 мая 2020 года стал знаменательным для Нижнего Новгорода. Именно в этот день, в преддверии праздника Победы, в городе открыт памятник митрополиту Николаю — участнику Великой Отечественной войны. «Он прошел свой ратный путь с честью и достоинством, — сказал владыка Георгий. — А вернувшись с фронта, пошел по другому многотрудному пути — пути воина Христова. Почти четверть века он нес служение на Нижегородской земле. Сначала — в сложных условиях, которые создавало атеистическое государство, затем — в непростой обстановке заката советской империи. Он многое сделал для возрождения духовной жизни на нашей земле и особое внимание уделял духовным школам, которые вернулись из небытия в годы служения владыки Николая. Он для нас — образец мужества, мудрости, ревностного служения».

Глава Нижегородской митрополии поблагодарил всех, кто принял участие в создании памятника и отметил, что он был установлен в рамках мероприятий по подготовке к празднованию 800-летия Нижнего Новгорода и 300-летия Нижегородской духовной семинарии, которые будут отмечаться в 2021 году.

Затем со словом к участникам мероприятия обратился глава Ставропольской митрополии. Он, еще будучи иеромонахом, клириком Нижегородской епархии, вместе с митрополитом Николаем стоял у истоков возрождения духовных школ на Нижегородской земле и стал первым ректором возрожденной в 1995 году духовной семинарии.

«Я приехал издалека, но мое сердце когда-то навсегда осталось здесь, на Нижегородской земле, — сказал митрополит Кирилл. — Тут моим духовным наставником и, можно сказать, настоящим отцом стал владыка Николай (Кутепов). Но настоящий отец — это не тот, кто всегда гладит по головке. Нет, он и ласков, и строг. Таким был и митрополит Николай. И его строгость происходила от любви к человеку, она опиралась на мудрость и жизненный опыт. Я счастлив был служить с ним. И сейчас в своем архипастырском служении стараюсь использовать его опыт, то, что когда-то смог получить от него».

Читать еще:  Как не вспоминать измену мужа

Митрополит Кирилл отметил и заслуги владыки Николая в деле возрождения приходов. Их число за время его служения выросло с 45 до 450. Затем митрополит Георгий успешно продолжил этот труд.

По окончании церемонии в Нижегородской духовной семинарии состоялся вечер памяти митрополита Николая. Участники праздничного мероприятия посмотрели фильм, рассказывающий об одной странице жизни приснопамятного владыки — его безграничной любви и преданности духовному наставнику — архиепископу Тульскому и Белевскому Антонию (Марценко), который в советское время был репрессирован и умер в лагере.

Перед гостями вечера выступил семинарский хор под управлением регента Натальи Мякининой. Прозвучали казачьи песни, песни времен Первой мировой и Великой Отечественной войн.

Своими воспоминаниями о владыке Николае поделился митрополит Кирилл. Архиерей рассказал и о начале возрождения Нижегородской духовной семинарии. В завершение выступления владыка исполнил вместе с семинаристами песню архидиакона Романа Тамберга «Русь называют святою». Архипастырь поблагодарил всех, кто причастен к созданию памятника и проведению торжеств в честь митрополита Николая (Кутепова), и особо — митрополита Георгия за большую работу по увековечиванию его памяти.

О приснопамятном владыке говорили архимандрит Филарет и Эдуард Чепрак.

Митрополит Георгий вручил архиерейские грамоты Геннадию Натокину, Алексею Щитову, Сергею и Максиму Тимофеевым, преподавателю Нижегородской духовной семинарии Алексею Дьяконову (за книгу «Митрополит Николай (Кутепов) и его время»). Грамотой Нижегородского клуба имени митрополита Николая (Кутепова) за организацию работ по установке памятника был награжден заместитель ректора НДС по хозяйственной части Юрий Быков.

Жизнь тыловой епархии в годы Великой Отечественной войны Рец. На: архимандрит Тихон (Затёкин). Нижегородская епархия и Великая отечественная война. Издательский отдел Нижегородской епархии при Вознесенском Печерском монастыре, 2015 Текст научной статьи по специальности «История и археология»

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Корнилов Александр Алексеевич

Текст научной работы на тему «Жизнь тыловой епархии в годы Великой Отечественной войны Рец. На: архимандрит Тихон (Затёкин). Нижегородская епархия и Великая отечественная война. Издательский отдел Нижегородской епархии при Вознесенском Печерском монастыре, 2015»

Жизнь тыловой епархии в годы Великой Отечественной войны

Рец. на: Архимандрит Тихон (Затёкин). Нижегородская епархия и Великая Отечественная война. Нижний Новгород: Издательский отдел Нижегородской епархии при Вознесенском Печерском монастыре, 2015. 224 с., ил.

Исследование жизни Русской Православной Церкви в период войны 1941— 1945 гг. со временем обрастает новыми открытиями, историческими фактами, выявлением ранее неизвестных тенденций развития церковной жизни в военные годы. Несмотря на то что отдельные историки продолжают анализировать сложные события церковной истории в этот период1, развитие тыловых епархий Русской Церкви в период Великой Отечественной войны по-прежнему остается слабо изученным вопросом новейшей истории Церкви. Поэтому выход в свет книги архимандрита Нижегородского Вознесенского мужского монастыря Тихона (Затёкина) является примечательным событием.

Автор исследовал, каким образом Горьковская (ныне Нижегородская) епархия смогла после более чем 20 лет непрерывных репрессий атеистической власти выжить и внести заметный вклад в военные усилия страны.

Это не первое глубокое историческое исследование, которое архимандрит Тихон посвящает Нижегородской епархии. Следуя традициям серьезного исторического исследования, автор в процессе написания книги обратился к оригинальным источникам советского периода. К таковым, прежде всего, относятся документы фондов Центрального архива Нижегородской области, Государственного архива Российской Федерации, Российского государственного исторического архива, Центрального архива Федеральной службы безопасности РФ. Значительную помощь оказали материалы фондов Церковно-археологического кабинета Московской духовной академии и аналогичного кабинета Нижегородской духовной семинарии — целый ряд уникальных фотодокументов, публикуемых в исследовании, отложился и был обнаружен в этих фондах. Без сомнений,

1 Якунин В. Н. Укрепление положения Русской Православной Церкви и структура ее управления в 1941—1945 годы // Российская история. 2003. № 4. С. 83; Якунин В. Н. Хозяйственное положение Самарской епархии: формирование доходов духовенства в 1850—1950-е гг. // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. 2011. № 4. С.127—129; Якунин В. Н. Экономическое положение Русской Православной Церкви в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. // Вестник Поволжского государственного университета сервиса. Серия: Экономика. 2010. № 9. С. 20-26.

автор впервые вводит в научный оборот очень ценные документы по новейшей истории Русской Православной Церкви.

Структура книги, казалось бы, не в полной мере соответствует заявленной теме. Ведь только четвертая часть напрямую относится к проблеме участия епархии в укреплении военной мощи страны. Часть первая называется «Архипастыри Горьковской епархии начала 1920 — середины 1930-х годов». Во второй части рассказано о трагических событиях разгрома Горьковской епархии в 1937 г. В третьем разделе речь идет о храмах епархии, которые уцелели к началу войны. Однако внимательное прочтение текста приводит к выводу о существовании авторского замысла и совершенно четкой логики повествования. Парадоксально, но именно после невыносимого периода гонений Горьковская епархия смогла участвовать в общественных усилиях по наращиванию оборонного потенциала страны.

Первая часть книги рассказывает о нижегородских архиереях. Здесь встречаются довольно известные факты биографии митрополита Сергия (Страгород-ского), который в 1920-е гг. оказался в центре дискуссий о церковном управлении. Обратим внимание на изложение биографии архимандрита Александра (Толстопятова), который был близок митрополиту Сергию и оставил о нем интересные воспоминания.

В книге также цитируются документы следственного дела митрополита Сергия. Гораздо больший интерес представляют факты и размышления автора о деятельности прочих архиереев, например митрополита Евгения (Зернова). Правящий архиерей Горьковский епархии был вынужден жить и служить Богу в невероятно враждебной обстановке. Подвергся митрополит и репрессиям. Автор показывает, какие проповеди митрополита были расценены как антисоветская агитация. Так, 6 декабря 1934 г., на праздник святого благоверного князя Александра Невского, в Похвалинской церкви г. Горького владыка Евгений произнес такие слова: «. кто из нас, возлюбленные, не отягчен или не обременен? Мы хотим добиться счастья своей силой, своими средствами, без Божией помощи, поэтому нам и тяжело». Следствием это было расценено как попытка доказать верующим, что в тяжелое для страны время они не должны подчиняться советской власти.

Во второй части своего исследования архимандрит Тихон изучает процесс уничтожения органами НКВД Горьковской епархии в 1937 г. В июне того же года начальником Управления НКВД по Горьковской области был назначен майор госбезопасности И. Я. Лаврушин. 30 июля нарком Н. И. Ежов подписал репрессивный приказ № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Для исполнения этого приказа Лаврушин и его управление сфабриковали дело о Горьковской «церковно-фашистской, диверсионно-террористической и шпионской организации», якобы действовавшей по заданию Местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Сергия. Местоблюститель же, согласно материалам дела, возглавлял Московский «церковно-фашистский центр». Митрополит Горьковский Феофан (Туляков) был арестован 25 июля 1937 г. и помещен в спецкорпус Горьковской тюрьмы. В тюрьме 63-летний архипастырь был подвергнут жестоким пыткам, а

затем помещен в подвал, который заливали холодной водой. Митрополит был расстрелян 4 октября 1937 г. Автор рецензируемой книги читал следственное дело владыки Феофана, и там не оказалось протоколов допросов. Вся вина была «доказана» следователями, которые сообщали, что гражданин Василий Степанович Туляков признал себя виновным.

Такая же расстрельная участь постигла находящегося на покое преосвященного Александра (Похвалинского), архиепископа Богородского (Богородск — городок, где находилась викарная кафедра). В Арзамасе были арестованы и расстреляны родственники митрополита Сергия и часть местного духовенства. Автор книги обнаружил на страницах нижегородской печати многочисленные статьи, целью которых была дискредитация Церкви. Среди авторов таких статей был и сам начальник Управления НКВД Лаврушин. Статьи выходили под заголовками: «Шпионы в рясах», «С крестом и маузером», «На страже народного счастья». По делу о «церковно-фашистской организации», согласно выявленным данным, на расстрельных полигонах Горьковского НКВД погибло 729 священников, 73 диакона и 250 мирян. Автор пишет, что «фактически же эти страшные статистические данные могут быть значительно больше».

Таким образом, приходит к выводу о. Тихон, перед войной в Горьковской епархии практически не осталось ни действующих приходов, ни священников, ни представителей церковной власти. Епархия была разгромлена.

В третьей части книги говорится об истории и состоянии четырех храмов Горьковской епархии, уцелевших к 1941 г. Некоторая часть исторических материалов уже публиковалась в предыдущих исследованиях о. Тихона, например история Спасо-Преображенской церкви, которая была построена на месте бывшего Печерского мужского монастыря. Научную новизну этого раздела книги представляют очерки деятельности Союза воинствующих безбожников, а также материалы о конкретных репрессивных мероприятиях коммунистической власти против духовенства уцелевших храмов. Публикуются редкие документы о вскрытии мощей святых в Горьковской области. Например, местная печать сообщала, что в 1929 г. 250 граждан села Печеры потребовали вскрыть находящиеся под спудом мощи схимонаха Иоасафа. Мощи вскрыли, а затем власть организовала лекцию на тему «Происхождение мощей». Вопреки ожиданиям организаторов на лекцию пришли и те, кто протестовал против осквернения святынь. С криками «Коммунисты обманывают. Не надо никаких докладов, не дадим церковь на поругание.» лекция была дважды сорвана. Это «происшествие» стало поводом для арестов священнослужителей храма и членов приходского совета. Иными словами, автор книги документально реконструирует события из жизни горьковских храмов.

Среди научных находок о. Тихона в отношении других горьковских храмов укажем на биографию схиигумена Елисея (Филиппова). Отец Елисей (18571942) — довольно загадочная и даже таинственная фигура в истории епархии, Вознесенского монастыря и Высоковской церкви Нижнего Новгорода. Народная молва со времен гонений и до наших дней сохранила о нем память, как о священнослужителе высокой духовной жизни. Тем не менее биография о. Елисея, основанная на документальных материалах — архивных данных и частных

рукописных записках, — обрела известность только сейчас. И произошло это благодаря книге архимандрита Тихона.

Известно, например, что во время Великого поста о. Елисей надевал на себя железные вериги. Многие верующие ходили к старцу Елисею за советом и на исповедь. По его молитвам многих оправдали на суде и освободили из тюрем. Чудом было и то, что власти так и не смогли репрессировать схиигумена, несмотря на доносы и клевету. Скончался схиигумен Елисей на Пасху, 5 апреля 1942 г.

Часть четвертая содержит факты участия РПЦ в патриотической деятельности в годы войны. Автор отмечает, что с началом войны отношение горьковских властей к Русской Церкви изменилось. Так, 28 мая 1941 г. исполком Горьковско-го облсовета утвердил «ходатайство» граждан о закрытии Высоковской церкви. Однако уже 31 июля 1941 г. Ждановский райисполком постановил открыть эту церковь для богослужений. Это очень интересный факт, поскольку существует мнение, что отношение власти к Церкви радикально изменилось лишь после известной встречи И. Сталина 1943 г. с архиереями Русской Церкви. Возможно, случай с Высоковской церковью является единичным. Последующие документы из книги подтверждают это, поскольку другие храмы Горьковской епархии разрешили открыть только в 1943—1945 гг.

В 1942 г., лишь через пять лет после расстрела митрополита Феофана (Ту-лякова), Горьковская епархия обрела своего архипастыря, на кафедру был назначен архиепископ Сергий (Гришин), освобожденный из Ухто-Ижемского исправительно-трудового лагеря в 1941 г. Рецензируемая книга содержит детали биографии Горьковского правящего архиерея.

Наряду с изложением известной патриотической позиции Местоблюстителя и затем Патриарха Сергия автор приводит ценные исторические сведения о материально-денежной помощи горьковских приходов Красной Армии. В первые месяцы войны от одной только Троицкой Высоковской церкви в Фонд обороны страны было внесено более миллиона рублей, а также большое количество теплых вещей стоимостью в несколько сот тысяч рублей. Особую ценность книги представляет публикация переписки архиепископа Горьковского и Арзамасского Сергия (Гришина), духовенства и приходского совета Высоковской церкви с И. Сталиным. Благочинный г. Горького протоиерей Александр Архангельский в письме Сталину сообщал: «Независимо от своего личного участия в коллективных взносах денежных средств в фонд обороны страны, я преисполнен искренним чувством и сознанием своего долга отдать теперь все свои средства на оборону, а потому вношу лично от себя 200 000 рублей на постройку нового боевого самолета эскадрильи имени прославленного историей русского боевого вождя Александра Невского.».

Документальный ряд исследования пополняют церковно-богослужебные тексты: «Молебен в нашествии супостатов, певаемый в Русской Православной Церкви в Отечественную войну 1941—1942 гг.» и «Молитва, читаемая за литургией в Русской Православной Церкви в дни Отечественной войны 1941—1942 гг.». Даты в этих текстах указывают на их составление в 1942 г.

В жанре рецензий нередко присутствует элемент полемики. Следуя такой традиции, порекомендуем автору в будущих исследованиях обращать больше внимания на обобщения и выводы, которые из такого обильного источниково-го материала напрашиваются сами собой. Один из напрашивающихся выводов связан с позицией Русской Православной Церкви. Церковь, которую в течение 20 лет преследовали и уничтожали, с наступлением военных испытаний заявила о своей патриотической позиции и приложила максимум сил для достижения военной победы над врагом. Без таких выводов книга о. Тихона представляет собой замечательную, щедро документированную хрестоматию с промежуточными обобщениями и комментариями. Однако вполне возможно, что как раз такую задачу ставил автор.

Другое замечание относится к источниковой базе исследования. Думаем, что автор мог бы позволить расширить объем книги на 2—3 страницы, посвятив их подробному источниковедческому анализу использованных материалов. «Расшифровка» номеров фондов и описей в еще большей мере украсила бы текст и оказала бы существенную методическую помощь церковным историкам России и зарубежья.

Книга архимандрита Тихона, как и многие его предшествующие издания, «живет». Страницы исследования изобилуют коллажами из фотографий служащего и арестованного духовенства, храмов Горьковской епархии, разрушенных и уцелевших, текстов важнейших церковных документов, определивших жизнь Русской Церкви и Горьковской епархии в частности. Фото и текстовые материалы создают не только неповторимый, но и необходимый колорит, который помогает читателю открыть как угнетающую атмосферу атеистических гонений, так и условия для личного спасения мучеников за веру — духовенства и мирян.

Материалы книги архимандрита Тихона (Затёкина) имеют практическую значимость, они могут быть использованы в учебном процессе духовных школ Православной Церкви и светских вузов, которые осуществляют подготовку историков, религиоведов и политологов.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector