0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Князь н д жевахов воспоминания

Князь н д жевахов воспоминания

Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917

В жизни каждого человека, как в зеркале, отражаются промыслительные пути Божии, и в этом может убедиться каждый, кто рассмотрит свою жизнь с этой точки зрения. Все случайное и непонятное, все то, что является часто результатом непродуманных действий и поспешных решений, все так называемые удачи и неудачи в жизни, радости и печали, все это, рассматриваемое в связи с конечными итогами жизни, являет удивительную и стройную цепь причин и следствий, свидетельствующую о Том, Кто управляет судьбами мира и человека, подчиняя их Своим непреложным законам.

Рассматриваемая с этой точки зрения, жизнь каждого человека явилась бы поучительным свидетельством тех откровений Божьих, какие никогда не прекращались, тех неустанных забот, предупреждений, предостережений и безмерных милостей, какие постоянно изливались Господом на грешных людей и какие бы обогатили человечество новыми запасами потустороннего знания, если бы люди были более внимательны к окружающему, менее горды и не отрицали бы того, чего, по уровню своего духовного развития, не понимают.

Беглыми штрихами я зарисовал один из эпизодов моей жизни, приведший к знакомству с Императрицей Александрой Феодоровной, память о Которой будет всегда жить в моем сердце, полном глубочайшего преклонения перед высотой и чистотой Ее духовного облика.

Еще задолго до своего личного знакомства с Ее Величеством, я знал от близких ко Двору лиц природу той атмосферы, какая окружала Двор, знал содержание духовной жизни Царя и Царицы, Их преимущественные влечения и интересы. Но знал я также и то, что среди близко стоявших к Царской Семье лиц не было почти никого, кто бы понимал природу духовного облика Их Величеств и давал бы ей верную оценку. Густая толпа чуждых мне по убеждениям лиц, плотным кольцом окружавшая Двор, заслонявшая от народа Царя и Царицу, ревниво оберегала свои привилегии царедворцев и никого не подпускала к Царю. При этих условиях, у меня не могло быть даже мысли о личном знакомстве с Их Величествами, и таковое никогда бы не состоялось, если бы Св. Иоасаф Белгородский чудесно не привел меня в 1910 году к Государю Императору, а в 1915 году к Императрице.

С этого последнего события в моей жизни, полного глубокого мистического содержания, я и начну.

Я писал свои «Воспоминания» по памяти, наскоро, между делом, и допускаю неточности в датах, некоторые отступления от выражений, взятых в кавычки, и даже незначительные мелкие ошибки, не говоря уже о пропусках, вызванных тем, что не все сохранилось в памяти. Но эти дефекты не отразились на главном, на существе приводимых фактов. Факты эти были, и оттого, что их могут не признать уста не желающих это сделать, от этого они не исчезнут ни из истории, ни из совести этих лиц.

Останавливаясь на некоторых фактах, имевших личное значение, с некоторыми, быть может, излишними подробностями, я не желал бы, однако, чтобы меня заподозрили в намерениях, каких не было у меня. Я имел в виду не личную реабилитацию, но реабилитацию старой России, ее старого уклада жизни, основанного на старых истинах, возвещенных Господом нашим Иисусом Христом и так жестоко подмененных новыми теориями человеческого измышления: реабилитацию всего, что было уничтожено и оплевано для успеха революционных достижений. В частности, я желал показать:

1. Высоту нравственного величия и чистоты Государя Императора и Государыни Императрицы, на которой Они стояли и которую толпа не понимала только потому, что эта высота была уже недосягаема для уровня среднего человека; желал подчеркнуть преступления одних и недомыслие других, допускавших самый факт общения Их Величеств с людьми недостойными.

2. Я желал показать, до чего велик был дурман, проникший во все слои русского общества и охвативший даже правительство и армию, если в разрушении русской государственности принимали участие не только враги России, но и те, коим была вверена охрана России и которые стояли на страже ее интересов.

3. Я желал показать, насколько велико было отступление русского общества от веры в Промысел Божий и до чего возгордился человек, забывший, что судьбы мира и человека находятся в руках Божиих и что нарушение установленных Богом законов влечет неизбежную гибель человека и всех его начинаний, по завету Божьему: «Мне отмщение – Аз воздам».

Подворье Святителя Николая.

9/22 Марта 1923 г.

Многие русские эмигранты пишут свои воспоминания; многие, с различных точек зрения, стремятся подвести итоги пережитым годам испытаний, выпавших на русскую долю.

Когда такие записки, воспоминания или заметки обрисовывают события искренно, правдиво и добросовестно, когда они написаны вне предвзятых мыслей, пристрастных предубеждений и тенденциозной партийности, – они всегда интересны и представляют собой более или менее ценный и содержательный вклад в том материале, которым впоследствии будут пользоваться историки, изучая, в объективном отдалении от наших переживаний, современную нам эпоху. Кроме того, все эти мысли и мнения, увековеченные печатным словом, полезны и для современников, помогая им разбираться в весьма сложных явлениях нашего лихолетия и приходить к обобщающим выводам.

Еще больше интереса приобретает подобная литература в тех случаях, когда автором ее является кто-либо из людей, выдвинутых на верхи жизни государственной или общественной, влиявший, или по крайней мере пытавшийся влиять, на очередные повороты колеса Истории.

Среди такого рода «воспоминаний» совершенно исключительное место должна занять книга князя Николая Давидовича Жевахова, по глубокому своему содержанию, по вложенной мысли, по легкому, интересному и талантливому изложению, по чарующей искренности, которой от нее веет. Я почел для себя особою честью издать эту книгу, и ее появление в печати доставляет мне высокое нравственное удовлетворение.

Думаю, что, ознакомившись с трудом князя, такое же удовлетворение получит каждый чуткий, вдумчивый и честный русский человек, исповедующий монархические убеждения, преследующий национальные идеалы, христиански думающий и чувствующий.

Много есть причин, почему так должно быть: многие характерные штрихи, которыми отмечены «Воспоминания» князя, обеспечивают успех книги среди русских читателей.

Я не буду говорить о себе, ибо я могу быть пристрастен: очень уж я очарован книгой; очень уж полно мое чувство солидарности с каждой мыслью, с каждым замечанием, с каждым выводом князя. Но, рассуждая совершенно объективно, вне личных впечатлений, достоинства книги сами за себя говорят и, разумеется, в «рекламе» (да простится мне это пошлое слово) не нуждаются.

Я, однако, останавливаюсь на них, но конечно не для рекламы, а для запечатления того большого значения, какое будет иметь книга в русской жизни, как только эта жизнь вновь вступит в здоровое русло христианской и национальной эволюции.

Все мы числимся Христианами, по нашим актам крещения и паспортам, но только некоторая часть из нас составляет меньшинство Христиан верующих и способных воспринимать религиозные настроения; еще меньше тех, кто мистически чувствует; еще гораздо меньше таких, которые во всем существе своем мистически проникнуты религиозными верованиями и идеалами; наконец, совсем мало тех одухотворенных людей, которые никогда не расстаются со своим ярко зажженным факелом Веры, освещая им свой жизненный путь, и от видимой всеми «реальности» жизни не отделяют той, для большинства невидимой, но всегда действенной и видимой для избранных, реальности, которая составляет духовную область жизни, основной и всеобъемлющий ее смысл.

К этому последнему меньшинству принадлежит князь Жевахов. И среди этого-то меньшинства, мало известного широким светским кругам русского общества, отодвинувшегося от шума мирской суеты, мудрая и чуткая духом и сердцем наша Государыня Императрица Александра Федоровна сумела найти и избрать, и посоветовать помощника Государю для важнейшего отдела государственного управления, для Управления Церковного.

Воспоминания. Том 1

Скачать книгу в формате:

Аннотация

Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917

В жизни каждого человека, как в зеркале, отражаются промыслительные пути Божии, и в этом может убедиться каждый, кто рассмотрит свою жизнь с этой точки зрения. Все случайное и непонятное, все то, что является часто результатом непродуманных действий и поспешных решений, все так называемые удачи и неудачи в жизни, радости и печали, все это, рассматриваемое в связи с конечными итогами жизни, являет удивительную и стройную цепь причин и следствий, свидетельствующую о Том, Кто управляет судьбами мира и человека, подчиняя их Своим непреложным законам.

Рассматриваемая с этой точки зрения, жизнь каждого человека явилась бы поучительным свидетельством тех откровений Божьих, какие никогда не прекращались, тех неустанных забот, предупреждений, предостережений и безмерных милостей, какие постоянно изливались Господом на грешных людей и какие бы обогатили человечество новыми запасами потустороннего знания, если бы люди.

Отзывы

Популярные книги

  • 76636
  • 16
  • 10

Уличный кот по имени Боб Джеймс Боуэн www.hodder.co.uk First published in Great Britain in 2012 .

Уличный кот по имени Боб

  • 32355
  • 6

Альтернативная история. Продолжение истории Журова Дениса, старшего лейтенанта ВКС России, оказа.

Бешеный прапорщик. Части 1-18

  • 35454
  • 2

В ОЖИДАНИИ МАЛЫША Уильям и Марта Сирс Как пользоваться этой книгой Чтобы составить представление.

В ожидании малыша

  • 62280
  • 5
  • 2

«Психология влияния» — одно из лучших учебных пособий по социальной психологии, конфликтологии, мен.

Психология влияния

  • 39033
  • 3
  • 2

Ренсом Риггз Город пустых Побег из Дома странных детей Посвящается Тахерен И вот в ладье.

Город пустых. Побег из Дома странных детей

  • 93270
  • 1
  • 60

Пролог и семь первых глав заключительного романа «Дорога домой».

6-Великие Спящие

Дорогой читатель. Книгу «Воспоминания. Том 1» Жевахов Николай Давидович вероятно стоит иметь в своей домашней библиотеке. Грамотно и реалистично изображенная окружающая среда, своей живописностью и многообразностью, погружает, увлекает и будоражит воображение. В заключении раскрываются все загадки, тайны и намеки, которые были умело расставлены на протяжении всей сюжетной линии. Одну из важнейших ролей в описании окружающего мира играет цвет, он ощутимо изменяется во время смены сюжетов. Мягкая ирония наряду с комическими ситуациями настолько гармонично вплетены в сюжет, что становятся неразрывной его частью. Невольно проживаешь книгу – то исчезаешь полностью в ней, то возобновляешься, находя параллели и собственное основание, и неожиданно для себя растешь душой. С первых строк понимаешь, что ответ на загадку кроется в деталях, но лишь на последних страницах завеса поднимается и все становится на свои места. Удивительно, что автор не делает никаких выводов, он радуется и огорчается, веселится и грустит, загорается и остывает вместе со своими героями. Диалоги героев интересны и содержательны благодаря их разным взглядам на мир и отличием характеров. Периодически возвращаясь к композиции каждый раз находишь для себя какой-то насущный, волнующий вопрос и незамедлительно получаешь на него ответ. Просматривается актуальная во все времена идея превосходства добра над злом, света над тьмой с очевидной победой первого и поражением второго. «Воспоминания. Том 1» Жевахов Николай Давидович читать бесплатно онлайн будет интересно не всем, но истинные фаны этого стиля останутся вполне довольны.

Читать еще:  Всепрощающая родительская любовь

  • Понравилось: 0
  • В библиотеках: 0

Новинки

«Сезон гроз» – история о ведьмаке Геральте, написанная спустя почти 15 лет после окончания основн.

Сезон гроз. Дорога без возврата

«Сезон гроз» – история о ведьмаке Геральте, написанная спустя почти 15 лет после окончания основн.

  • 4

Цикл книг «Огни Бездны» повествует о приключениях Эла-Угонщика – человека, который ещё ребёнком бы.

Звёздный угонщик

Цикл книг «Огни Бездны» повествует о приключениях Эла-Угонщика – человека, который ещё ребёнком бы.

Николай Жевахов — Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917

Николай Жевахов — Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917 краткое содержание

Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917 читать онлайн бесплатно

Воспоминания. Том 1. Сентябрь 1915 – Март 1917

В жизни каждого человека, как в зеркале, отражаются промыслительные пути Божии, и в этом может убедиться каждый, кто рассмотрит свою жизнь с этой точки зрения. Все случайное и непонятное, все то, что является часто результатом непродуманных действий и поспешных решений, все так называемые удачи и неудачи в жизни, радости и печали, все это, рассматриваемое в связи с конечными итогами жизни, являет удивительную и стройную цепь причин и следствий, свидетельствующую о Том, Кто управляет судьбами мира и человека, подчиняя их Своим непреложным законам.

Рассматриваемая с этой точки зрения, жизнь каждого человека явилась бы поучительным свидетельством тех откровений Божьих, какие никогда не прекращались, тех неустанных забот, предупреждений, предостережений и безмерных милостей, какие постоянно изливались Господом на грешных людей и какие бы обогатили человечество новыми запасами потустороннего знания, если бы люди были более внимательны к окружающему, менее горды и не отрицали бы того, чего, по уровню своего духовного развития, не понимают.

Беглыми штрихами я зарисовал один из эпизодов моей жизни, приведший к знакомству с Императрицей Александрой Феодоровной, память о Которой будет всегда жить в моем сердце, полном глубочайшего преклонения перед высотой и чистотой Ее духовного облика.

Еще задолго до своего личного знакомства с Ее Величеством, я знал от близких ко Двору лиц природу той атмосферы, какая окружала Двор, знал содержание духовной жизни Царя и Царицы, Их преимущественные влечения и интересы. Но знал я также и то, что среди близко стоявших к Царской Семье лиц не было почти никого, кто бы понимал природу духовного облика Их Величеств и давал бы ей верную оценку. Густая толпа чуждых мне по убеждениям лиц, плотным кольцом окружавшая Двор, заслонявшая от народа Царя и Царицу, ревниво оберегала свои привилегии царедворцев и никого не подпускала к Царю. При этих условиях, у меня не могло быть даже мысли о личном знакомстве с Их Величествами, и таковое никогда бы не состоялось, если бы Св. Иоасаф Белгородский чудесно не привел меня в 1910 году к Государю Императору, а в 1915 году к Императрице.

С этого последнего события в моей жизни, полного глубокого мистического содержания, я и начну.

Я писал свои «Воспоминания» по памяти, наскоро, между делом, и допускаю неточности в датах, некоторые отступления от выражений, взятых в кавычки, и даже незначительные мелкие ошибки, не говоря уже о пропусках, вызванных тем, что не все сохранилось в памяти. Но эти дефекты не отразились на главном, на существе приводимых фактов. Факты эти были, и оттого, что их могут не признать уста не желающих это сделать, от этого они не исчезнут ни из истории, ни из совести этих лиц.

Останавливаясь на некоторых фактах, имевших личное значение, с некоторыми, быть может, излишними подробностями, я не желал бы, однако, чтобы меня заподозрили в намерениях, каких не было у меня. Я имел в виду не личную реабилитацию, но реабилитацию старой России, ее старого уклада жизни, основанного на старых истинах, возвещенных Господом нашим Иисусом Христом и так жестоко подмененных новыми теориями человеческого измышления: реабилитацию всего, что было уничтожено и оплевано для успеха революционных достижений. В частности, я желал показать:

1. Высоту нравственного величия и чистоты Государя Императора и Государыни Императрицы, на которой Они стояли и которую толпа не понимала только потому, что эта высота была уже недосягаема для уровня среднего человека; желал подчеркнуть преступления одних и недомыслие других, допускавших самый факт общения Их Величеств с людьми недостойными.

2. Я желал показать, до чего велик был дурман, проникший во все слои русского общества и охвативший даже правительство и армию, если в разрушении русской государственности принимали участие не только враги России, но и те, коим была вверена охрана России и которые стояли на страже ее интересов.

3. Я желал показать, насколько велико было отступление русского общества от веры в Промысел Божий и до чего возгордился человек, забывший, что судьбы мира и человека находятся в руках Божиих и что нарушение установленных Богом законов влечет неизбежную гибель человека и всех его начинаний, по завету Божьему: «Мне отмщение – Аз воздам».

Подворье Святителя Николая.

9/22 Марта 1923 г.

Многие русские эмигранты пишут свои воспоминания; многие, с различных точек зрения, стремятся подвести итоги пережитым годам испытаний, выпавших на русскую долю.

Когда такие записки, воспоминания или заметки обрисовывают события искренно, правдиво и добросовестно, когда они написаны вне предвзятых мыслей, пристрастных предубеждений и тенденциозной партийности, – они всегда интересны и представляют собой более или менее ценный и содержательный вклад в том материале, которым впоследствии будут пользоваться историки, изучая, в объективном отдалении от наших переживаний, современную нам эпоху. Кроме того, все эти мысли и мнения, увековеченные печатным словом, полезны и для современников, помогая им разбираться в весьма сложных явлениях нашего лихолетия и приходить к обобщающим выводам.

Еще больше интереса приобретает подобная литература в тех случаях, когда автором ее является кто-либо из людей, выдвинутых на верхи жизни государственной или общественной, влиявший, или по крайней мере пытавшийся влиять, на очередные повороты колеса Истории.

Среди такого рода «воспоминаний» совершенно исключительное место должна занять книга князя Николая Давидовича Жевахова, по глубокому своему содержанию, по вложенной мысли, по легкому, интересному и талантливому изложению, по чарующей искренности, которой от нее веет. Я почел для себя особою честью издать эту книгу, и ее появление в печати доставляет мне высокое нравственное удовлетворение.

Думаю, что, ознакомившись с трудом князя, такое же удовлетворение получит каждый чуткий, вдумчивый и честный русский человек, исповедующий монархические убеждения, преследующий национальные идеалы, христиански думающий и чувствующий.

Много есть причин, почему так должно быть: многие характерные штрихи, которыми отмечены «Воспоминания» князя, обеспечивают успех книги среди русских читателей.

Я не буду говорить о себе, ибо я могу быть пристрастен: очень уж я очарован книгой; очень уж полно мое чувство солидарности с каждой мыслью, с каждым замечанием, с каждым выводом князя. Но, рассуждая совершенно объективно, вне личных впечатлений, достоинства книги сами за себя говорят и, разумеется, в «рекламе» (да простится мне это пошлое слово) не нуждаются.

Я, однако, останавливаюсь на них, но конечно не для рекламы, а для запечатления того большого значения, какое будет иметь книга в русской жизни, как только эта жизнь вновь вступит в здоровое русло христианской и национальной эволюции.

Все мы числимся Христианами, по нашим актам крещения и паспортам, но только некоторая часть из нас составляет меньшинство Христиан верующих и способных воспринимать религиозные настроения; еще меньше тех, кто мистически чувствует; еще гораздо меньше таких, которые во всем существе своем мистически проникнуты религиозными верованиями и идеалами; наконец, совсем мало тех одухотворенных людей, которые никогда не расстаются со своим ярко зажженным факелом Веры, освещая им свой жизненный путь, и от видимой всеми «реальности» жизни не отделяют той, для большинства невидимой, но всегда действенной и видимой для избранных, реальности, которая составляет духовную область жизни, основной и всеобъемлющий ее смысл.

К этому последнему меньшинству принадлежит князь Жевахов. И среди этого-то меньшинства, мало известного широким светским кругам русского общества, отодвинувшегося от шума мирской суеты, мудрая и чуткая духом и сердцем наша Государыня Императрица Александра Федоровна сумела найти и избрать, и посоветовать помощника Государю для важнейшего отдела государственного управления, для Управления Церковного.

Как я уже упомянул, «Воспоминания» князя написаны чрезвычайно откровенно и искренно: в каждом слове чувствуется, что оно исходит из души ясной и светлой, и что автор говорит с читателем «как на духу», раскрывая весь свой богатый запас знаний, мыслей и чувств. Нету фальши, нету притворства, нет пристрастного желания выставить себя другим, чем есть на самом деле. И потому читатель, прочитавши книгу, знает автора и, как мне думается, не может не относиться к нему сочувственно.

Узнавши автора, читатель неминуемо приходит к заключению, что для возглавления управления Православною Церковью трудно было сделать лучший выбор, как не остановившись на этом right man in the right place.

И лишний раз русский читатель поймет и оценит, увы, – запоздалым сожалением или укором совести, как проникновенно, как участливо и добросовестно наши Государь и Государыня относились к трудному, ответственному, великому делу, Божией Волей предназначенному Божиему Помазаннику, Которого, в годы благостного Его Правления, Россия не доросла оценить, Которым позорно мало дорожила и Которого малодушно не сумела оберечь.

Князь н д жевахов воспоминания

Войти

Достаточно прочитать вложенную автором в уста митрополита Питирима (Окнова) апологию, защищающую митрополита от обвинений в гомосексуализме. Любой читатель, не подозревавший ранее об этом обстоятельстве, тут же воскликнет: «Вот п. с!».
Отличная парная книга к этим воспоминаниям — мемуары протопресвитера армии о. Георгия Шавельского (линк). Шавельский, как-то особенно ненавидевший Жевахова, не пожалел для него места в своей книге. В результате ряд событий рассказывается Жеваховым и Шавельским параллельно, но только с противоположными оценками.

Пересказ интересных мест.
Эпизод с иконой в Ставке. 1915 год. На собрание православного Братства св.Иоасафа врывается странный человек. Это военный врач полковник О. Он спешит сообщить удивительную весть — во сне ему явился св. Иоасаф и поведал сокровенную тайну: надо взять Песчанский образ Божией Матери и пронести его по линии фронта, и Бог тут же дарует русской армии победу над немцами. Полковник подвергся большим неприятностям, пытаясь донести до мира свое послание — его держали в сумасшедшем доме. Жевахов встревожен — как же донести до Императора столь важные сведения. Люди в наше время совсем потеряли веру, и если он попробует передать информацию по официальной линии, то подвергнется, как доктор О., осмеянию и позору, а до Императора ничего не донесут. Жевахов решает передать сведения через Императрицу. Он ищет связи, и пересказывает свою историю нескольким придворным лицам, и наконец через придворных чинов ему передают Высочайшее повеление Императрицы ехать с иконой в Ставку. Очень странно — Жевахову при этом не выдают никакого официального письменного поручения. Жевахов с помпой грузит икону в поезд и отправляется в Ставку. Вот поезд прибывает в ставку и о ужас! никто его не встречает. Где крестный ход, где звон колоколов? Наконец присылают простой грузовик, и икону отвозят в храм. Но для чудотворной иконы не приготовлено никакого места, и ее ставят на пол в углу! В храм приходит царь, проходит мимо иконы, ее не замечая. Жевахов догадывается, что никто не доложил царю о грядущем великом чуде и спасении России. Жевахов, негодуя, идет к протопресвитеру Шавельскому. «Да разве мыслимо носить эту икону по фронту?»- говорит Шавельский — «В ней два пуда весу. Все это Ваша мистика; это Петербург ничего не делает,ему и снятся сны, а нам . некогда заниматься пустяками». «Так неужели Вы дерзаете вовсе не исполнить повеления святителя? — спросил я изумленно — Некогда! С утра до ночи люди за работою! — отрезал Шавельский.» Великое чудо не может совершиться из-за маловерия и холодности Шавельского! Жевахов мечется, ищет пути, но все демонстрируют ему неодобрение. И даже получает аудиенцию у государя. Но и Государь выслушивает его индифферентно. Икону на фронт не увозят, чуда спасения России не происходит, Россия в скором времени погибает.
Окончание истории от Шавельского, Жевахов уезжает из Ставки и забирает икону: «После этого Жевахов ударил по левой и правой створке (иконы), как бы невидимого врага в правую и левую щеку, закрыл таким образом футляр, схватил его подмышку и, злобно бормоча что-то, пошел к выходу. Сопровождая его, я вышел на паперть храма, где стоял ожидавший Жевахова открытый автомобиль. Подойдя к автомобилю, он бросил ее (икону) на сиденье, а затем вошел в него, запахнулся в свою Николаевскую шинель и уселся на икону. Когда Семейкин подбежал к нему и крикнул: «На икону сели, ваше сиятельство», то «сиятельство», не обращая внимания на это предупреждение, крикнуло шоферу: «На вокзал», и так уехало. Семейкин, повернувшись ко мне, сказал: «Какой же он сукин сын!» На это я ему ответил: «Вероятно, не получил награды»».
Речь В.Н.Львова в Думе. Циркулируют слухи о том, что Жевахов, по требованию Императрицы, будет назначен товарищем обер-прокурора Синода. Жевахов не верит слухам и не стремится к служебному продвижению. Он заходит к обер-прокурору Синода Волжину (не по делу, просто так). Вдруг Волжин начинает нервничать. «Куда бы Вас пристроить?». Он достает штатное расписание и начинает извиняющимся тоном объяснять Жевахову, что вакансии заняты, а никого просто так не уволить. Наконец, предлагается должность члена училищного совета. Благородный Жевахов отказывается. Вскоре депутат В.Н.Львов произносит в Думе речь. Он сообщает что к Волжину нагло явился некто кн. Жевахов и требует от него найти должность с окладом не менее 10.000 руб. Вакансий нет, Жевахов напирает. Волжин вынужден придумать для него должность члена училищного совета и выделить деньги на жалованье из сумм от свечей. Теперь каждый, кто ставит свечку, должен знать, что доход пойдет на содержание проходимца. Жевахов негодует и пишет опровержение. Премьер А.Ф.Трепов категорически запрещает публиковать опровержение.

Читать еще:  Как провести поминальный обед 40 дней

Выводы и наблюдения.
1. Никто, кроме Вырубовой, не сознается открыто в связях с Распутиным. Все лица, единогласно признаваемые обществом за «распутинцев», отпираются от этой репутации как могут.
2. Распутинская партия в церкви находится в полнейшей изоляции. Там, где императрица давит прямо, ее креатуры продвигают. Как только императрица отворачивается, все начинают пакостить распутинцам как могут.
3. В Синоде (1916) морально тяжелая обстановка, он дезорганизован дрязгами. Сталкиваются прямой напор со стороны партии Распутина-Императрицы (меньшинство) и саботаж со стороны большинства. Митрополит Питирим так затравлен, что боится открывать в Синоде рот. Церковь практически неуправляема, раздражение против Императрицы огромное. Не удивительно, что впоследствии церковь в пять минут забыла про царя и стала молиться за Временное правительство.
4. Во время Гражданской войны (на территории белых) распутинцев избегают как чумы. Митрополит Питирим стал изгоем, он затравлен, живет в антисанитарии и нищете без малейшей поддержки коллег.
5. Искать служебного продвижения и наград, подбираясь к Императрице под предлогом православного благочестия — позор в глазах общества. Поразительно, что при этом подлизательство к Императору и старшей Императрице под любыми предлогами — совершенно нормальное занятие. Видно, что проблема не в подлизательстве или православности, а в совершенно одиозной репутации Императрицы.
6. Разного рода свары заслоняют собой приближающуюся революцию. Люди увлечены карьерными мелочами, и продолжают мечтать о всяческой фигне (орден), не подозревая, что через полгода все полетит к чертовой матери.

Воспоминания. Том 2, стр. 127

Однако действительность свидетельствовала об обратном. Русские люди отнеслись к «Протоколам» с полным безучастием и даже не поняли их. Книга вызвала недоумение и недоверие, и отталкивала избытком откровений, казавшихся фантастическими. И нигде вековая работа евреев по засорению христианских мозгов не сказалась так ярко, как именно на отношении к «Сионским протоколам», о которых стали говорить лишь после гибели России, после победы евреев, когда русский человек на собственном примере убедился в их достоверности».

О причинах гибели России сам Николай Давидович впоследствии написал весьма убедительную статью. В 1928 году, проживая все на том же подворье Святителя Николая Мир-Ликийских Чудотворца в итальянском городе Бари, где он когда-то строил православный храм на средства Императорского Палестинского общества, князь Жевахов высказал мысли, не утратившие своей значимости и поныне. Он сказал, что Россия погибла из-за вялости государственного аппарата и чиновничества, безпрестанно нарушавших присягу Государю, что аппарат должен быть безпощадным к беззаконникам, не перекладывая своих функций на Монарха. Богопомазанный Государь по своей сути Удерживающий, удерживает свой народ от повреждения. Он – милующий, его милость и любовь простираются на всех, а правопорядок блюдет карающая десница закона, чьи установления проводят в жизнь государственники и приставленные к делу чиновники.

Князь Жевахов, сам юрист, и ему ли не знать было, как важно не попустительствовать кромешникам вершить их злодеяния. А они вершили, можно сказать, безпрепятственно, что только могли. Открыто разжигали ненависть к Церкви и самодержавным устоям, с подачи жидо-масонских центров нагнетали истерию террора, развращали и дурачили толпу и неустойчивую часть интеллигенции. Уже будучи товарищем обер-прокурора Св. Синода, Жевахов много ездил по России, и везде печальные картины нравов были сходны: неверие и человекобесие насаждались чужеродами злонамеренно. Для этого они почти целиком завладели печатью, судами, педагогикой.

Проживая с 1920 года заграницей, Николай Давидович Жевахов в весьма сжатые сроки пишет свои замечательные «Воспоминания». В них дается широкая панорама русской жизни накануне Мировой войны и в пору русского погрома – революции. Оба первых тома уже были готовы к выпуску в свет в 1923 году. И первый том тогда же и вышел в Мюнхене, а второй удалось издать лишь через пять лет в сербском городе Новый Сад, причем тиражом всего 400 экземпляров. Непонимание Православной монархии, бытовавшее в России, перенеслось и в круги русского рассеяния. Жевахов убедительно вскрывает истоки такого рода непонимания. С первых же страниц второго тома он принимается за главное: «Революция, – пишет князь, – всегда была заданием определенной группы людей, выполнявшей директивы центра, программа деятельности которого непосредственно вытекала из Талмуда».

Николай Давидович даже считал, что чаяния жидовства отражают и книги Ветхого Завета, кроме, пожалуй, книг Иова и пророка Даниила. Остальные книги будто бы испорчены иудеями в угоду своим целям. Такая точка зрения Жевахова, конечно же, неприемлема для нас. Как небезспорны его суждения и по поводу Патриаршества в России. Автор «Воспоминаний» утверждает, что созыв Поместного Собора в 1917 году противоречил канону: нельзя выбирать Патриарха без Православного Царя, Государь и Патриарх неразрывны, они в одном лике отображают земной образ Спасителя. Был Жевахов и против представителей из мирян на Соборе.

Как несгибаемый синодал, князь Жевахов усиленно отстаивал Обер-прокуратуру, считая, что это духовное ведомство многое сделало для укрепления роли Церкви в русском обществе. Другое дело, нужны были реформы. Вместе с Обер-прокурором Св. Синода Николаем Павловичем Раевым князь Жевахов накануне революции разрабатывал такие реформы. Они заключались «в децентрализации церковного аппарата, в разграничении церковной и государственной сферы управления, в сближении архипастыря с паствой, в создании условий, имевших обезпечить архипастырю возможность выполнять его непосредственные задачи, что в совокупности возродило бы и оживило церковную жизнь на местах».

Надо сказать, что Н.П. Раев был личностью незаурядной. Благочестивый, образованный, любящий Престол и Отечество, он был назначен в Св. Синод по настоянию Императрицы Александры Феодоровны. Раевы давно известны при Дворе: отец Николая Павловича – первенствующий член Святейшего Синода, митрополит Петербургский и Ладожский Палладий (Павел Иванович Раев, 1827-1898) был духовником Августейшей Семьи; оставил по себе добрую память. Обер-прокурор Св. Синода Н.П. Раев вместе с князем Жеваховым стремился оживить приходскую жизнь, наполнить ее христианским деланием. К сожалению, эта деятельность быстро прервалась. Масону Керенскому нужны были не государственники, а шуты, и в обер-прокуроре Львове он нашел себе такого шута, который не только заменил весь Синод, но и сместил со столичных кафедр двух самых духоносных владык – Питирима и Макария. Россию прибрали к рукам преступники.

Скудны сведения о жизни Н.Д. Жевахова за рубежом. Известно только, что этот пламенный монархист зорко следил за всеми событиями, имевшими быть в его Отечестве. Незадолго до кончины князь посетил Закарпатье, еще не занятое большевиками.

Умер Николай Давидович в 1938 году, оставив после себя замечательные книги, им написанные за три десятилетия. В том же году скончался на Соловках его брат, Владимир Давидович, во иночестве Иоасаф, митрополит Могилевский, и тоже духовный писатель. Вспомним их в молитвах своих, православный читатель!

БИБЛИОГРАФИЯ ТРУДОВ Н.Д. ЖЕВАХОВА

1. Назначение школы. СПб. 1906.

2. Чудное действие Божия Промысла. Киев. 1908.

3. Святитель Иоасаф Горленко, Епископ Белгородский и Обоянский (1705-1754). Материалы для биографии, собранные и изданные князем Н.Д. Жеваховым. Киев. Типография Киево-Печерской Успенской Лавры. 1907-1909.

Том I. Предки Святителя Иоасафа. Святитель Иоасаф и его сочинения. Жизнь и деятельность Святителя Иоасафа.

Том II. Чудеса Святителя Иоасафа. Предания о Святителе Иоасафе.

Том III. Дополнения к предыдущим томам.

4. Николай Николаевич Неплюев. Биографический очерк. СПб. 1909.

5. Княжна Мария Михайловна Дондукова-Корсакова. Жизнь и деятельность. СПб. 1909. Второе издание. 1913.

Читать еще:  День поминовения усопших у православных

6. Акты и документы лубенского Мгарского Преображенского монастыря. Историческое исследование. Киев. 1910.

7. Строители духа жизни в области живописи и архитектуры И.Ижакевич и А.Щусев. СПб. 1910.

9. Житие Святителя Иоасафа, чудотворца Белгородского. СПб. 1910.

10. Верующая интеллигенция о толковании Евангелия. СПб. 1911.

11. Бари. Путевые заметки. СПб. 1911.

12. На родине Преподобного Сергия Радонежского. М. 1912.

13. Пробуждение Святой Руси. СПб. 1914.

14. Чудеса Святителя Иоасафа. СПб. 1916.

15. Воспоминания товарища Обер-прокурора Святейшего Синода. Том I. Мюнхен. 1923.

Том II. Новый Сад. 1928.

Главы 26-39 II-го тома переизданы:

Еврейский террор в России. Крещение русского народа в огне и слезах. Из воспоминаний товарища обер-прокурора Св. Синода князя Н.Д. Жевахова. Б.м.и г.

Воспоминания. М. 1992.

«Сергиев Посад. Православно-патриотический вестник». 1992. № 10.

16. Еврейский вопрос. Нью-Йорк. 1926.

17. Памяти графа А.Череп-Спиридовича. Нью-Йорк. 1926.

18. Изабелл-Флоренс Хапхуд. Нью-Йорк. 1926.

19. Светлой памяти шталмейстера Высочайшего Двора Ф.В. Винберга. Париж. 1928.

20. Житие Святителя Иосафа, чудотворца Белгородского. Новый Сад. 1929.

21. Причины гибели России. Новый Сад. 1929.

22. Правда о Распутине (на итальянском языке). Бари. 1930.

23. Раб Божий Николай Николаевич Иваненко. Новый Сад. 1934.

24. Светлой памяти князя А.А. Ширинского-Шихматова. Новый Сад. 1934.

Воспоминания товарища Обер-Прокурора Святейшего Синода князя Н. Д. Жевахова

Артикул: 11519
Формат(мм): 170*46*240
Количество страниц: 936
Год издания: 2014
ISBN: 978-5-91102-010-1
Количество в упаковке: 3
Издательство: Царское дело, Санкт-Петербург
Все книги этого издательства

Тип обложки: твердая
Бумага: офсетная
Вес, гр: 1283

[Товар временно отсутствует в продаже]

Книга воспоминаний Николая Давыдовича Жевахова рассказывает о причинах трагических событий, постигших Россию начала двадцатого века уже после них, когда автор находился в эмиграции. Это не просто мемуары высшего сановника, наблюдавшего изнутри все перипетии политической жизни России до 1917 года, но и размышления о том, как страшно и трагично заканчивается судьба людей и империй, потерявших свою связь с Богом и переставших ощущать мистическое начало в повседневной жизни.

Наблюдения из жизни, заметки о событиях того времени, подчеркивают мысль автора о том, что промыслительное участие Божие в жизни каждого человека и общества невозможно без веры и осознания своего места и роли в мироздании, соответствия Божьему Замыслу о своем творении. И на фоне всего происходящего в России перед кровавыми событиями, разразившимися позже, главную причину постигшей Родину катастрофы, князь видел в победе духа времени над духом вечности. В отрыве народного сознания и особенно правящих кругов от духовной жизни, следования законам, установленным Богом, от веры и благочестия.

Дополнительная информация о книге

Том первый
ОТ ИЗДАТЕЛЯ
Предисловие
ГЛАВА 1. Общее Собрание братства Св. Иоасафа
4 сентября 1915 года. Доклад полковника О
ГЛАВА 2. Гофмейстерина Е. А. Нарышкина
ГЛАВА 3. Граф Я. Н. Ростовцов
ГЛАВА 4. Свидание с Обер-Прокурором Св. Синода
А. Н. Волжиным. Прощальная
беседа с протоиереем А. И. Маляревским. Отъезд
из Петрограда
ГЛАВА 5. Белгород и Харьков. Встреча и проводы
Песчанской иконы Божией Матери
ГЛАВА 6. По пути в Ставку. Беседа со священником
Александром Яковлевым
ГЛАВА 7. Прибытие в Могилев
ГЛАВА 8. В Офицерском Собрании
ГЛАВА 9. Протопресвитер Г. И. Шавельский
ГЛАВА 10. Тезоименитство Наследника Цесаревича
ГЛАВА 11. Архиепископ Константин
ГЛАВА 12. Высочайший завтрак
ГЛАВА 13. Беседа с Государем Императором
ГЛАВА 14. Возвращение в Петроград
ГЛАВА 15. Доклад графу Я. Н. Ростовцову
ГЛАВА 16. В Государственной Канцелярии
ГЛАВА 17. Думы
ГЛАВА 18. Аудиенция у Ее Величества
ГЛАВА 19. Правда
ГЛАВА 20. У сестры
ГЛАВА 21. Свидание с А. Н. Волжиным

ГЛАВА 22. Отъезд в Ставку
ГЛАВА 23. Накануне
ГЛАВА 24. Высокопреосвященный Питирим,
митрополит С.-Петербургский и Ладожский
ГЛАВА 25. Назначение Н. Ч. Заиончковского
ГЛАВА 26. Старые песни на новый лад
ГЛАВА 27. Высочайшая аудиенция
ГЛАВА 28. Свечной Съезд. Визит А. Н. Волжина.
Государственный Секретарь
С. Е. Крыжановский
ГЛАВА 29. Разрыв с А. Н. Волжиным
ГЛАВА 30. Оптина Пустынь. Старец Анатолий
ГЛАВА 31. Беседа со Старцем Анатолием
ГЛАВА 32. Отставка А. Н. Волжина. Новый
Обер-Прокурор Св. Синода Н. П. Раев.
Высочайший указ о моем назначении товарищем
Обер-Прокурора
ГЛАВА 33. Выводы
ГЛАВА 34. Высочайшая аудиенция. Отъезд в
Белгород. Курский архиепископ Тихон
Губернатор А. П. Багговут.
Посещение церковно-приходской школы
ГЛАВА 35. Белгород. У раки Святителя Иоасафа.
Преосвященный Никодим,
епископ Белгородский
ГЛАВА 36. Приезд в Харьков. Архиепископ
Антонийи его викарий, епископ
Старобельский Феодор. Начальница Харьковского
женского епархиального
училища Е. Н. Гейцыг

ГЛАВА 37. Печать о моем назначении
ГЛАВА 38. Вступление в должность и первые
впечатления
ГЛАВА 39. Игумения Маргарита (Мария Михайловна
Гунаропуло)
ГЛАВА 40. Политическое настроение
России.Церковно-государственная
деятельность митрополита Питирима
ГЛАВА 41. Речь в покоях С.-Петербургского
митрополита при вручении
высокопреосвященным Питиримом Феодоровской
иконы Божией Матери
ГЛАВА 42. Посещение синодального лазарета
имени Наследника Цесаревича
и речь к раненым воинам 5 октября 1916 года, в
день Тезоименитства
Его Императорского Высочества
ГЛАВА 43. Междуведомственная комиссия по
выработке устава о пенсиях
духовенству
ГЛАВА 44. Комиссия по расследованию
злоупотреблений
при покупке воска за границей
ГЛАВА 45. Лояльность синодальных чиновников
ГЛАВА 46. Думы о прошлом. Роковая эпоха.
Депутация бывших сослуживцев
по Государственной Канцелярии
ГЛАВА 47. Речь члена Государственной Думы П. Н.
Милюкова
1-го ноября 1916 г.

ГЛАВА 48. Член Государственной Думы В. П. Шеин
ГЛАВА 49. Речь члена Государственной Думы В. Н.
Львова 29 ноября 1916 г.
Свидание с А. Н. Волжиным
ГЛАВА 50. Беседа с Председателем Совета
Министров. А. Ф. Треповым
ГЛАВА 51. Аудиенция у Ее Величества
ГЛАВА 52. Министр внутренних дел А. Д.
Протопопов
ГЛАВА 53. Речь к бывшим сослуживцам по
Государственной Канцелярии
ГЛАВА 54. Распутин и Добровольский
ГЛАВА 55. День Св. Иоасафа, 10 декабря 1916 г.
Вызов в Царское Село
к Ее Императорскому Величеству
ГЛАВА 56. Русское богоискательство
ГЛАВА 57. Религиозная атмосфера Петербурга.
Предшественники Распутина — архимандрит
Михаил,
священник Григорий Петров и косноязычный Митя
ГЛАВА 58. Природа русской души. Русские
проблемы духа
ГЛАВА 59. Юродство во Христе. Его содержание и
психология
ГЛАВА 60. Появление Распутина. Старчество и его
природа
ГЛАВА 61. Первые шаги Распутина
ГЛАВА 62. У барона Рауш фон Траубенберга
ГЛАВА 63. Аудиенция Государя Императора,
данная Распутину, и впечатление,

произведенное им на Царя
ГЛАВА 64. Родители Государыни Императрицы
Александры Феодоровны
Приложение. Перевод немецкого текста главы 64:
«Родители Государыни Императрицы Александры
Феодоровны»
ГЛАВА 65. Прибытие Государыни Императрицы
Александры Феодоровны в Россию и ее первые
впечатления
ГЛАВА 66. Духовный облик Императрицы
Александры Феодоровны.
А. А. Вырубова. Знакомство Ее Величества с
Распутиным
ГЛАВА 67. Дурная слава Распутина и ее
последствия
ГЛАВА 68. «Разоблачения» и отношение к ним
Государя и Императрицы
ГЛАВА 69. Борьба с «Царизмом» и ее приемы
ГЛАВА 70. Убийство Распутина
ГЛАВА 71. Аудиенция у Ее Величества. Поездка в
Новгород
ГЛАВА 72.1917 год. Доклад Ее Величеству о
поездке в Новгород.
Высочайший рескрипт на имя начальницы
Харьковского женского
епархиального училища Е. Н. Гейцыг
ГЛАВА 73. Отъезд на Кавказ. Туапсинская
Иверско-Алексеевская
женская община
ГЛАВА 74. Евгения Николаевна Гейцыг

ГЛАВА 75. Прибытие в Ростов. Депутация галичан.
Проф. П. Верховский.
«Самый плохой ученик»
ГЛАВА 76. Прибытие в Туапсе.
Главноначальствующий Сорокин.
Монахиня Мариам. Священник Краснов. Старец
Софроний
ГЛАВА 77. Иверско-Алексеевская община.
Дознание
ГЛАВА 78. Новороссийск, Екатеринодар и
Ставрополь
ГЛАВА 79. Таганрог. Легенда о старце Феодоре
Кузмиче
ГЛАВА 80. Возвращение в Петербург и первые
впечатления
ГЛАВА 81. Первые шаги революции
ГЛАВА 82. Памятное заседание Св. Синода 26
февраля 1917 года
ГЛАВА 83. Облавы
ГЛАВА 84. Торжество хама
ГЛАВА 85. Мой арест
ГЛАВА 86. Первый день заключения
ГЛАВА 87. Наблюдения и заметки
ГЛАВА 88. Отречение Государя
ГЛАВА 89. Страшная ночь
ГЛАВА 90. Беседа с солдатом :.
ГЛАВА 91. Воскрешение мальчика
ГЛАВА 92. Освобождение
ГЛАВА 93. Сестра
ГЛАВА 94. Солдат и его племянник

Заключение
I. Безверие
II. Результаты
III. Суд Божий
Том второй.
Предисловие
Часть первая. 1917 год
ГЛАВА 1. Испытания
ГЛАВА 2. После ареста
ГЛАВА 3. Пребывание у сестры. Отъезд в Киев
ГЛАВА 4. Пребывание в деревне. Возвращение к
сестре
ГЛАВА 5. Тревоги и предчувствия. Отъезд в Киев
ГЛАВА 6. Кончина матери (t 30 октября 1917 г.)
ГЛАВА 7. Киев
1918 год
ГЛАВА 8. Надежды и ожидания
ГЛАВА 9. Осада Киева
ГЛАВА 10. Убийство Митрополита Киевского
Владимира (t 25 января 1918 г.).
ГЛАВА 11. Приход немцев
ГЛАВА 12. Украинский вопрос, его природа и
история
ГЛАВА 13. Гетман Павло Скоропадский
1919 год
ГЛАВА 14. Под властью сатанистов
ГЛАВА 15. Покровский монастырь
ГЛАВА 16. Последние дни пребывания в Киеве.
Татьяна N
ГЛАВА 17. Скит Пречистыя

ГЛАВА 18. Профессор П. Я. Армашевский (t май 1919
г.)
ГЛАВА 19. Князь Д. В. Жевахов (t в июле 1919 г.)
ГЛАВА 20. Г. А. Шечков (t 22 июня 1922 г.)
ГЛАВА 21. Возвращение в Киев
ГЛАВА 22. По пути в Харьков. Ростов-на-Дону
ГЛАВА 23. Пятигорск. Подворье Второ-Афонского
монастыря.
Митрополит Питирим
1920 год
ГЛАВА 24. Екатеринодар. Кончина митрополита
Питирима
ГЛАВА 25. Отъезд из Екатеринодара. Новороссийск
Часть вторая
ГЛАВА 26. Развал России
ГЛАВА 27. Задачи Русской революции
o ГЛАВА 28. Первые шаги
ГЛАВА 29. Методы и способы истребления русского
народа
ГЛАВА 30. I. «Чека» а) Задачи «чека» за границей
ГЛАВА 31. б) Работа «чека» в России
ГЛАВА 32. в) Статьи г. Дивеева «Жертвы долга»
и д-ра В. Марка «Садизм в Советской России»
ГЛАВА 33. г) ГПУ ‘».’Z
ГЛАВА 34. II. Голод и его причины
ГЛАВА 35. III. Нравственные пытки
ГЛАВА 36. Положение детей в Советской России
ГЛАВА 37. «Свобода» печати в Советской России
ГЛАВА 38. Земля Обетованная
Часть третья

ГЛАВА 39. Церковь после революции
ГЛАВА 40. Всероссийский Церковный Собор.
Восстановление патриаршества.
Избрание Патриарха Тихона
ГЛАВА 41. Гонения на Церковь
ГЛАВА 42. Официальные сведения Архиерейского
Синода
Русской Церкви Заграницей
ГЛАВА 43. Беседа с Патриархом Тихоном
ГЛАВА 44. Послание Патриаршего Синода
ГЛАВА 45. Отповедь митрополита Антония на
послание Московского Синода
ГЛАВА 46. Причины
ГЛАВА 47. Церковь и государство
ГЛАВА 48. Природа Русского Самодержавия
ГЛАВА 49. Происхождение власти
ГЛАВА 50. Православная Церковь в России до
революции
ГЛАВА 51. Отношение Русских Царей к Церкви
ГЛАВА 52. Церковно-государственное значение
синодальной обер-прокуратуры
ГЛАВА 53. Государственные задачи Церкви
ГЛАВА 54. Трагедия детской души
ГЛАВА 55. Душевная драма обывателей
ГЛАВА 56. Пастыри и паства
ГЛАВА 57. Епископы и монахи
ГЛАВА 58. Православие и Католицизм
ГЛАВА 59. Дурман
ГЛАВА 60. Уроки революции
ГЛАВА 61. Свыше указанный путь ко спасению

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector