0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Пасха в 1945 году число

Елицы

6 февраля — день прославления святой блаженной матушки Ксении Петербургской. Закажите записки о здравии на праздничную Литургию и (или) Молебен св.блж. Ксении. Еще вы получите Именные подарочные Сертификаты, которыми сможете поздравить ваших родных и близких с этим Праздником

Пасха 1945 года

Гитлер напал на Россию 22 июня 1941 года. Немецкие астрологи и оккультисты по его поручению тщательно выбирали дату нападения, вкладывая в неё глубокий мистический смысл. В этот день Русская Православная Церковь отмечала праздник Всех святых, в земле Российской просиявших. Это один из самых дорогих нам праздников. В этот день ревностные священники в церкви зачитывают имена абсолютно всех русских святых, и каждый прихожанин в храме терпеливо ждет, когда прозвучит имя святого, которое он носит. Гитлер для нападения выбрал именно этот день. Символический смысл этого был в том, что нападая в День памяти всех святых, он нападал на всех, кто носит их имена. То есть он объявлял войну каждому лично. Напасть на святых невозможно, поскольку они недоступны, но можно напасть на тех, кто носит имена этих святых, и своей победой доказать беспомощность русской святости и неспособность небесных покровителей защитить свой народ. Это было величайшее кощунство и надругательство над нашей страной, но именно это число и этот праздник принесли погибель Гитлеру и его нации.Враги полагали, что гонимая, почти добитая перед войной Русская Церковь в надежде на новых покровителей будет помогать топить Россию, а затем и сама потонет вместе с ней. Но наши иерархи понимали, что безбожные власти — это ещё не весь народ. Народ как был, так и остался богоносным. Пусть людей пулями отгоняют от храмов, но их дети и правнуки всё равно туда вернутся, потому что не хлебом единым жив человек. Иерархи лучше других понимали, что история Церкви — это история её гонений, и эти новые гонения — не последние в её истории.
Церковь сразу встала на защиту Родины. Она не могла видеть в Гитлере своего спасителя, и доказывала своему народу, что она ему не враг, как его пытаются убедить. Она доказала, что не хочет наживаться на нём, а сама готова страдать вместе с ним и готова отдать последнее.
Священники Ленинграда продемонстрировали исключительную силу духа.
«За всю войну не было дня, чтобы отец не пошёл на работу. — вспоминала Дубровицкая. — Бывало, качается от голода, я плачу, умоляю его остаться дома, боюсь — упадёт, замёрзнет где-нибудь в сугробе, а он в ответ: «Не имею я права слабеть. Надо идти дух в людях поднимать». И шёл в свой собор. За всю блокаду — обстрел ли, бомбёжка ли — ни одной службы не пропустил».
В блокадном Ленинграде умер каждый третий священник. В Никольском храме, где всю блокаду служил митрополит Алексей, из тридцати четырёх певчих осталось только трое. Регент умер прямо за богослужением. Скончался звонарь. Не пережил голодную зиму и келейник митрополита инок Евгений. Но на танковую колонну имени Димитрия Донского ленинградские приходы пожертвовали 1, 5 миллиона рублей. Вот что стоит за словами «отдать последнее».
Летом 1942 года Гитлер считал, что Красная армия доживает последние дни, и надо признать, у него были для этого все основания. Сталинградская битва — это тот момент войны, когда решалось, что будет с русским народом. Решалось, будет ли продолжаться наступление немцев на восток. 12 сентября состоялась встреча Паулюса с Гитлером в Виннице. Генерал летел туда, чтобы получить приказ о штурме Сталинграда, но в этот же день произошло ещё одно важное событие: Жуков и Василевский предложили Сталину план окружения и уничтожения немецких войск под Сталинградом. Главнокомандующим армией был назначен Василий Иванович Чуйков. От того, как будет сражаться его армия, в задачу которой входило не дать прорваться немцам к Волге и удерживать эту лавину до завершения операции по окружению, зависел исход этой грандиозной битвы, а, может, и ход всей истории.
14 сентября, когда Церковь празднует церковное новолетие, началась великая битва. История ещё не знала таких кровопролитных сражений. Василий Иванович Чуйков вспоминал: «Наш блиндаж трясло как в лихорадке, земля звенела, толчки от разорвавшихся крупных бомб грозили раздавить нас. В этот день мы не видели солнца — оно поднималось бурым пятном и изредка выглядывало в просветы дымовых туч». Когда Паулюсу докладывали, что Чуйков находится в трёхстах метрах от передовой, он не мог в это поверить. Его штаб находился в ста двадцати километрах.
Сын Чуйкова, Александр Васильевич, рассказывал:

«Однажды он попал под бомбёжку. На совершенно незащищённые, открыто стоящие здания, вышли три звена немецких штурмовиков. У них было задание разбомбить дом, в котором находился командарм Чуйков. Они израсходовали боезапас, а Чуйков так и остался стоять у стены. Не знаю, молился он или нет, но когда атака закончилась, он оглянулся, а стены нет! Стена была как решето: Чуйков находился под обстрелом 15 минут. Он вспоминал: «Хочу перекреститься, а руки от напряжения судорогой сведены — не могу разжать кулак. Пытаюсь пальцы сложить в крестное знамение — не получается. Так кулаком и перекрестился». И с тех пор у него это вошло в привычку: он и под Берлином крестился кулаком. После его смерти мы обнаружили в его партбилете молитву. Эту молитву он получил от матери, Елизаветы Фёдоровны, когда отправился в Сталинград. Молитва была с ним всю войну, всю жизнь».
В 2005 году в честь Елизаветы Фёдоровны Чуйковой была названа малая планета. Астероиду присвоили имя Чуйковия. Елизавете Фёдоровне могли поставить памятник или назвать в её честь город или улицу, но решили, что она должна быть ближе к Богу. Эта женщина честно прожила жизнь и воспитала 12 детей. И она имела веру, достойную первых веков христианства. В 37-м, в разгар гонений на Церковь, она не дала разорить свой приходской храм. Тем самым она подвергала большой опасности себя и своих детей, а особенно Василия, военного разведчика. Это был подвиг матери, которая подобно библейскому Аврааму, не колеблясь, приносила в жертву своего сына. Но так же, как Господь остановил руку Авраама, Он отвёл руку смерти от неё и её семьи. Церковь не тронули, остались живы и она, и её сын Василий.2 февраля 1943 года победно завершилась Сталинградская битва. Это событие было отмечено не только митингом, но и благодарственным молебном. И первую свечу затеплил командарм, окопный генерал Василий Иванович Чуйков.
2 февраля 1943 года победно завершилась Сталинградская битва. Это событие было отмечено не только митингом, но и благодарственным молебном. И первую свечу затеплил командарм, окопный генерал Василий Иванович Чуйков.
В «Сборнике кратких христианских поучений к воинам» 1812 года написано:
«Войны только начинают люди, а оканчивает их Сам Бог, Который, как правило, помогает правому. Поэтому победу нельзя приписывать только своему мужеству, а неудачу на поле брани — ошибке военачальников. Победа и поражение в деснице Господней».
О молитве, хранимой Василием Ивановичем Чуйковым в партбилете, семья узнала только после его смерти. А сколько таких зашитых в шинели иконок, крестиков, молитв было по всему фронту? Кто их может сосчитать? А сколько жизней они спасли? А какие молитвы сотрясали души матерей и жён? И даже те, кто не имел крестиков и молитв, когда обрушивалась лавина огня, когда цепенело тело, а разум уже был не в силах вместить происходящее, читали молитву «Господи, помилуй». Так было на всём фронте от Белого до Чёрного моря! Война была тем взрывом национального сознания, который вернул народ в храм, и власти были вынуждены не только прекратить гонения, но и начать сотрудничать с Церковью. Так закончилось время гонений.
Вот она — долгожданная победа! Свершилось! Но мало кто в эти дни замечал, что пришла весна, что в пригороде Берлина цвели яблони, пахло сиренью, трава была зелёная, а небо голубое, высокое. Приближались дни Пасхи. 10 мая Василий Иванович писал жене: «Здравствуй, дорогая моя Валечка. Целую тебя, родная, много-много раз. Долгожданный час победы наступил. Несомненно, чувство радости было большое, особенно 1 мая. В три часа ночи ко мне прибыл начальник немецкого генштаба и начал говорить о капитуляции. У меня на глазах склоняет колени немецко-фашистская Германия… Войти победителем в Берлин, то есть пройти от Сталинграда до Берлина… Это в 42-м была бы фантазия, в 43-м и 44-м — мечта, а в 45-м — уже пройденный пункт. Я был рад за всё и за всех. Как это совершилось. »
Пасха пришлась на 6 мая — день памяти Георгия Победоносца. Это были именины маршала Победы Георгия Константиновича Жукова. Разве случайно, что победа пришла в день его памяти? Символично было начало войны в День памяти всех русских святых и столь же символична была победа в дни Пасхи. «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ», — пели во всех церквях. Ещё одна попытка уничтожить христианство не удалась, поэтому Пасха 45-го — это была радость жизни, что остался жив. Пасха 45-го — это была возрождённая Церковь. Пасха 45-го — это значит, что Господь принял и освятил все жертвы, принесённые народом. Пасха 45-го — это светлая память всех на поле брани убиенных, потому что у Бога все живы. Пасха 45-го — это была Победа!

По материалам одноименного документального фильма

ПАСХА 1945

ПАСХА 1945

Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий

к Советскому Союзу, без всякого объявления войны

германские войска атаковали границы Советского Союза.

Началась Великая Отечественная война

советского народа против немецко-фашистских захватчиков.

Наше дело правое, враг будет разбит. Победа будет за нами!

22 июня 1941 года в 4 утра без объявления войны фашистская Германия и её союзники напали на Советский Союз. Начало Великой Отечественной войны попало не просто на воскресенье. В этот день праздновали память Всех святых, в земле Российской просиявших.

26 июня 1941 года митрополит Сергий произнёс после молебна «О даровании победы» такие пророческие слова: «Пусть гроза надвигается. Мы знаем, что она приносит не одни бедствия, но и пользу: она освежает воздух и изгоняет всякие миазмы. Да послужит и наступающая военная гроза к оздоровлению нашей атмосферы духовной…»

С первых же дней войны, когда дела на фронтах складывались не в пользу СССР, и руководство страны пребывало в растерянности, наша Церковь сразу заняла патриотическую позицию, не помянув властям антирелигиозного погрома, учинённого Церкви. Личное участие духовенства в войне оказалось столь широким, что государство вынуждено было наградить почти 40 священнослужителей медалью «За оборону Москвы», более 50 – «За доблестный труд» и несколько десятков – медалью «Партизану Великой Отечественной войны».

Война сорвала планы «безбожной пятилетки», по которым руководство страны обещало ликвидировать все храмы и всё священство. Народ требовал открытия церквей для молитв о победе и о поминовении погибших воинов. К Пасхе 1945 года оказались открытыми более 10000 храмов. Все храмы были переполнены молящимся народом, священников не хватало. Правительство вынуждено было дать разрешение на открытие духовных семинарий и академий.

Целью этой войны был не только коммунистический режим, не только захват новых земель, но прежде всего сокрушение Православной Руси.

В сборнике поучений к воинам 1812 года были записаны такие строки: «Войны только начинают люди, а оканчивает их сам Бог, который, как правило, помогает правым. Победа и поражение в деснице господней».

Гонимая в Советской стране Церковь, не колеблясь, встала на защиту Родины. Патриотизм православного духовенства и мирян оказался сильнее обид и ненависти, вызванных долгими годами гонений на религию. Война стала тем взрывом национального сознания, который вернул народ в Храмы. Поддержка Русской Православной Церкви была значительной, её могущество оценили и большевики, поэтому в самый напряженный период войны атеистическое государство вдруг меняет курс своей религиозной политики, начиная сотрудничество с РПЦ.

Конец 1943-1944 годов — время непрерывных побед русского оружия над войсками агрессора. Осенью 1943 года освобождена Восточная Украина. 6 ноября Красная Армия взяла Киев, 2 февраля 1944 года — Луцк. Весной 1944 года советские войска вышли на государственную границу; 27 июля от немцев очищен Львов. 23 августа Харьков был взят Красной Армией. Наши войска почти безостановочно продвигались на запад; исход войны был уже предрешён.

Архимандрит Кирилл (Павлов), духовник Троице-Сергиевой Лавры. Служил на Дальнем Востоке, участвовал в боях за освобождение Венгрии, Австрии. Участник Сталинградской битвы.

Читать еще:  Музыка на пасху

«После освобождения Сталинграда нашу часть оставили нести караульную службу в городе. Однажды среди развалин дома я поднял из мусора книгу. Стал читать её и почувствовал что-то такое родное, милое для души. Это было Евангелие. Я нашел для себя сокровище, такое утешение.

Собрал все листочки вместе, и оставалось то Евангелие со мною всё время. До того такое смущение было: почему война, почему воюем? Сплошной атеизм был в стране, ложь, правды не узнаешь. А когда стал читать Евангелие, у меня просто глаза прозрели на всё окружающее, на все события. Такой мне бальзам на душу оно давало. Я шёл с Евангелием и не боялся. Никогда. Такое было воодушевление!»

Было у Великой Отечественной войны существенное отличие от всех предшествующих войн, в которых участвовала Россия со времён принятия Христианства: впервые за много веков воины шли в бой не под Святыми образами и без молитвенных напутствий священников.

Но этот факт совершенно не говорит о том, что самая тяжелая в истории России война шла без креста и молитвы. Во время войны открыли 22 тысячи храмов, были открыты духовные семинарии, академии, Троице-Сергиева и Киево-Печерская Лавры, некоторые монастыри. Вся Россия молилась.

Многие офицеры, да и сам маршал Георгий Константинович Жуков, который всю войну возил с собой Казанскую икону Божией Матери, говорили перед боем: «С Богом!»

Обратилось тогда к Богу и множество простых людей, военнослужащих, тех, кто в годы гонений отошёл от Бога. Их молитва была искренна и носила зачастую покаянный характер «благоразумного разбойника». Война подвергла переоценке все стороны жизни советского государства, вернула людей к реальностям жизни и смерти.

Протоиерей Валентин Бирюков, участник обороны Ленинграда, участник боев под Кенигсбергом, закончил войну в Польше.

«Икон у нас не было, но у каждого под рубашкой крестик. И у каждого горячая молитва и слёзы. И Господь нас спасал в самых страшных ситуациях. Дважды мне было предсказано, как бы прозвучало в груди: сейчас вот сюда прилетит снаряд, убери солдат, уходи…

Победу мы встретили в Восточной Пруссии. Ну а когда победу объявили – тут мы от радости поплакали. Вот тут мы радовались! Этой радости не забудешь никогда. Такой радости в моей жизни больше никогда не было. Мы встали на колени, молились. Как мы молились, как Бога благодарили!»

Светлая пасхальная седмица празднуется, как один день. Пасхальное воскресение в 1945 году совпало с днём памяти Великомученика Георгия Победоносца 6 мая. В этот день фактически закончилась война, фашистская Германия капитулировала. 9 мая, в середине Пасхальной седмицы, была подписана капитуляция. Весь православный люд советской страны ликовал: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!» Парад победы был назначен на 24 июня – День Святой Троицы.

9 мая 1945 года во всех церквах зачитывалось послание Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия I: «Слава и благодарение Богу. Пробил последний час фашистской Германии. Бог посрамил дерзкие мечты злодеев и разбойников, и мы видим их теперь несущими грозное возмездие за свои злодеяния. Мы уверенно и терпеливо ждали этого радостного дня Господня. и Православная Русь после беспримерных бранных подвигов, после неимоверного напряжения всех сил народа. ныне предстоит Господу в молитве, благодарно взывая к самому источнику побед и мира за Его небесную помощь в годину брани.

Много ещё предстоит нам трудного дела; но мы теперь можем дышать свободно и радостно приняться за труд — тяжкий, но созидательный.

Святую же Церковь нашу в лице ее архипастырей, пастырей и верных чад призываю с таким же усердием и с такой же пламенной верой молиться о мирном преуспеянии нашей страны. »

Пасха — праздник Исхода, праздник Освобождения и Победы. Символично было начало войны, символично и её окончание.

В 1945 году главный Праздник — Пасха был в день Георгия Победоносца и предшествовал — Дню Победы.

Если спросить любого человека в нашей стране, хоть мало-мальски знакомого с историей, когда закончилась Вторая мировая война, то практически каждый ответит: «9 мая 1945 года». Именно так и написано в большинстве наших школьных учебников. Но другие страны антигитлеровской коалиции всегда праздновали День победы на день раньше, 8 мая. Виной такому расхождению события, случившиеся в мае 1945 года в Реймсе.

С момента самоубийства Гитлера (30 апреля 1945) власть в Германии перешла к гросс-адмиралу Деницу. Понимая, что его страна более не в состоянии сопротивляться союзникам, Дениц с самого начала стал искать приемлемые условия для капитуляции. Немецкие войска по разному вели себя на территории оккупированных западноевропейских государств и на территории СССР. Например, общее количество погибших во Франции, которая вступила в войну на год раньше СССР, составили 200 тысяч человек, менее 1 процента потерь Советского Союза. Неудивительно, что руководство Германии опасалось возмездия со стороны Красной Армии. Поэтому Дениц хотел капитулировать только перед западными союзниками (т.е. таким образом, чтобы оружие, военнопленные и контроль над территорией страны перешел к англо-американским войскам).

Приступая к реализации этого плана, начали капитулировать немецкие группировки на Западном фронте. 4 мая перед армией фельдмаршала Монтгомери капитулировали германские силы в Голландии, Дании и Северо-Западной Германии. 5 мая американцам сдались войска в Баварии и западной Австрии. Параллельно с этим Дениц активно вел переговоры с союзниками. Его представители еще 3 мая предлагали Монтгомери принять капитуляцию трех армий, сражающихся с Красной Армией на Восточном фронте.

К чести наших союзников стоит отметить, что они отказались от такого предложения и уведомили о нем советское командование. 6 мая в штаб войск союзников прибыл генерал Альфред Йодль с полномочиями подписать капитуляцию перед англо-американскими войсками. Однако американский генерал Эйзенхауэр в жесткой форме отказался от принятия такой капитуляции. Он заявил, что немецкие войска должны капитулировать там, где они в данный момент располагаются и в случае попыток перемещения войск с востока на запад для сдачи в плен, его армии блокируют Западный фронт и не позволят такое перемещение.

Йодль связался с Деницем и сообщил ему об условиях союзников. В 1 час 30 минут ночи 7 мая Дениц радировал Йодлю о том, что тому предоставляются полномочия на подписание документа о безоговорочной капитуляции. Подписание акта планировалось на 2 часа 30 минут ночи 7 мая.

В штабе союзников в качестве постоянного представителя находился генерал-майор Иван Суслопаров. Он присутствовал на переговорах, но, по-видимому, не был готов к столь бурному развитию событий. После ультиматума Эйзенхауэра Суслопаров отправил текст акта о капитуляции в Москву и запросил полномочий на его подписание. Однако к назначенному сроку ответ так и не был получен. Генерал Суслопаров оказался в очень щекотливом положении. Сложно даже представить себе, как далось ему это решение, но он согласился на подписание документа, но, по некоторым источникам, с небольшим дополнением: Суслопаров настоял на включении в документ пункта о том, что церемония подписания может быть повторена еще раз по требованию любого из государств-союзников.

В небольшом красном здании колледжа в Реймсе (сейчас здесь находится Музей капитуляции Германии), где размещался штаб Эйзенхауэра, 7 мая в 2 часа 41 минуту был подписан акт о безоговорочной капитуляции Германии. От имени союзников акт о капитуляции подписали генерал Уолтер Беделл Смит, генерал Иван Суслопаров от СССР и генерал Франсуа Севез от Франции. От Германии свои подписи поставили адмирал Фридебург и генерал Йодль. В соответствии с этим документом все сухопутные, морские и воздушные силы Германии прекращают военные действия с 23 часов 1 минуты (по центральноевропейскому времени) 8 мая 1945 года. Когда генерал Суслопаров сообщил в Москву о подписании документа, он узнал о том, что ему было приказано никаких документов о капитуляции не подписывать.

Сталин был крайне раздосадован подписанием капитуляции в Реймсе. Вот как пишет в своих воспоминаниях Георгий Константинович Жуков: «7 мая мне в Берлин позвонил Верховный Главнокомандующий и сообщил: — Сегодня в городе Реймсе немцы подписали акт безоговорочной капитуляции. Главную тяжесть войны, — продолжал он, — на своих плечах вынес советский народ, а не союзники, поэтому капитуляция должна быть подписана перед Верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции, а не только перед Верховным командованием союзных войск». Союзники согласились с требованием Сталина и договорились считать документ, подписанный в Реймсе, предварительным протоколом. Подписание главного протокола было назначено в Берлине на 0 часов 9 Мая.

Подписание капитуляции в Реймсе создало путаницу между союзниками. Изначально планировалось объявить о победе одновременно в Москве, Лондоне и Вашингтоне. Предварительно называлась время 19 часов 00 минут (по Москве) 7 мая. Однако у советского командования возникли сомнения в том, что немецкие войска на Восточном фронте выполнят условия реймсской капитуляции (на Западном фронте сопротивление прекратилось, а на Восточном продолжалось). Сталин обратился к Черчиллю и Трумэну с предложением перенести объявление об окончании войны на 9 мая. Однако об окончании войны уже было объявлено по германскому радио и было известно средствам массовой информации в Великобритании и США. Лидеры союзников не могли позволить себе «выглядеть единственными, кто не знает о победе». 7 мая в 18-00 по Лондону Черчилль выступил с радиообращением и поздравил англичан с победой, тогда же о победе узнали и американцы. В Советском Союзе о капитуляции в Реймсе не было сообщено, а победа была провозглашения только после начала массовой капитуляции немецких войск и подписания пакта в Берлине – 9 мая 1945 года. Эта дата и стала для нас Днем Победы.

Пасха в 1945 году число

Войти

Почему же некоторые сегодня борются с Георгиевской Ленточкой?Медаль за Победу над Германией, учреждена 9 мая 1945 года,, награждено более 15 миллионов советских и болгарских бойцов.Неужели забылм нашу историю и нашу Победу?
«Военно-исторический журнал» (№11, 1978 года)

Гитлер напал на Россию 22 июня 1941 года. Немецкие астрологи и оккультисты по его поручению тщательно выбирали дату нападения, вкладывая в неё глубокий мистический смысл. В этот день Русская Православная Церковь отмечала праздник Всех святых, в земле Российской просиявших. Это один из самых дорогих нам праздников. В этот день ревностные священники в церкви зачитывают имена абсолютно всех русских святых, и каждый прихожанин в храме терпеливо ждет, когда прозвучит имя святого, которое он носит. Гитлер для нападения выбрал именно этот день. Символический смысл этого был в том, что нападая в День памяти всех святых, он нападал на всех, кто носит их имена. То есть он объявлял войну каждому лично.

Напасть на святых невозможно, поскольку они недоступны, но можно напасть на тех, кто носит имена этих святых, и своей победой доказать беспомощность русской святости и неспособность небесных покровителей защитить свой народ. Это было величайшее кощунство и надругательство над нашей страной, но именно это число и этот праздник принесли погибель Гитлеру и его нации.

Враги полагали, что гонимая, почти добитая перед войной Русская Церковь в надежде на новых покровителей будет помогать топить Россию, а затем и сама потонет вместе с ней. Но наши иерархи понимали, что безбожные власти — это ещё не весь народ. Народ как был, так и остался богоносным. Пусть людей пулями отгоняют от храмов, но их дети и правнуки всё равно туда вернутся, потому что не хлебом единым жив человек. Иерархи лучше других понимали, что история Церкви — это история её гонений, и эти новые гонения — не последние в её истории.

Церковь сразу встала на защиту Родины. Она не могла видеть в Гитлере своего спасителя, и доказывала своему народу, что она ему не враг, как его пытаются убедить. Она доказала, что не хочет наживаться на нём, а сама готова страдать вместе с ним и готова отдать последнее.

Священники Ленинграда продемонстрировали исключительную силу духа.

«За всю войну не было дня, чтобы отец не пошёл на работу. — вспоминала Дубровицкая. — Бывало, качается от голода, я плачу, умоляю его остаться дома, боюсь — упадёт, замёрзнет где-нибудь в сугробе, а он в ответ: «Не имею я права слабеть. Надо идти дух в людях поднимать». И шёл в свой собор. За всю блокаду — обстрел ли, бомбёжка ли — ни одной службы не пропустил».

В блокадном Ленинграде умер каждый третий священник. В Никольском храме, где всю блокаду служил митрополит Алексей, из тридцати четырёх певчих осталось только трое. Регент умер прямо за богослужением. Скончался звонарь. Не пережил голодную зиму и келейник митрополита инок Евгений. Но на танковую колонну имени Димитрия Донского ленинградские приходы пожертвовали 1,5 миллиона рублей. Вот что стоит за словами «отдать последнее».

Читать еще:  Илья муромец похоронен в киево печерской лавре

Летом 1942 года Гитлер считал, что Красная армия доживает последние дни, и надо признать, у него были для этого все основания. Сталинградская битва — это тот момент войны, когда решалось, что будет с русским народом. Решалось, будет ли продолжаться наступление немцев на восток. 12 сентября состоялась встреча Паулюса с Гитлером в Виннице. Генерал летел туда, чтобы получить приказ о штурме Сталинграда, но в этот же день произошло ещё одно важное событие: Жуков и Василевский предложили Сталину план окружения и уничтожения немецких войск под Сталинградом. Главнокомандующим армией был назначен Василий Иванович Чуйков. От того, как будет сражаться его армия, в задачу которой входило не дать прорваться немцам к Волге и удерживать эту лавину до завершения операции по окружению, зависел исход этой грандиозной битвы, а, может, и ход всей истории.

14 сентября, когда Церковь празднует церковное новолетие, началась великая битва. История ещё не знала таких кровопролитных сражений. Василий Иванович Чуйков вспоминал: «Наш блиндаж трясло как в лихорадке, земля звенела, толчки от разорвавшихся крупных бомб грозили раздавить нас. В этот день мы не видели солнца — оно поднималось бурым пятном и изредка выглядывало в просветы дымовых туч». Когда Паулюсу докладывали, что Чуйков находится в трёхстах метрах от передовой, он не мог в это поверить. Его штаб находился в ста двадцати километрах.

Сын Чуйкова, Александр Васильевич, рассказывал:

«Однажды он попал под бомбёжку. На совершенно незащищённые, открыто стоящие здания, вышли три звена немецких штурмовиков. У них было задание разбомбить дом, в котором находился командарм Чуйков. Они израсходовали боезапас, а Чуйков так и остался стоять у стены. Не знаю, молился он или нет, но когда атака закончилась, он оглянулся, а стены нет! Стена была как решето: Чуйков находился под обстрелом 15 минут. Он вспоминал: «Хочу перекреститься, а руки от напряжения судорогой сведены — не могу разжать кулак. Пытаюсь пальцы сложить в крестное знамение — не получается. Так кулаком и перекрестился». И с тех пор у него это вошло в привычку: он и под Берлином крестился кулаком. После его смерти мы обнаружили в его партбилете молитву. Эту молитву он получил от матери, Елизаветы Фёдоровны, когда отправился в Сталинград. Молитва была с ним всю войну, всю жизнь».

В 2005 году в честь Елизаветы Фёдоровны Чуйковой была названа малая планета. Астероиду присвоили имя Чуйковия. Елизавете Фёдоровне могли поставить памятник или назвать в её честь город или улицу, но решили, что она должна быть ближе к Богу. Эта женщина честно прожила жизнь и воспитала 12 детей. И она имела веру, достойную первых веков христианства. В 37-м, в разгар гонений на Церковь, она не дала разорить свой приходской храм. Тем самым она подвергала большой опасности себя и своих детей, а особенно Василия, военного разведчика. Это был подвиг матери, которая подобно библейскому Аврааму, не колеблясь, приносила в жертву своего сына. Но так же, как Господь остановил руку Авраама, Он отвёл руку смерти от неё и её семьи. Церковь не тронули, остались живы и она, и её сын Василий.

2 февраля 1943 года победно завершилась Сталинградская битва. Это событие было отмечено не только митингом, но и благодарственным молебном. И первую свечу затеплил командарм, окопный генерал Василий Иванович Чуйков.

В «Сборнике кратких христианских поучений к воинам» 1812 года написано:

«Войны только начинают люди, а оканчивает их Сам Бог, Который, как правило, помогает правому. Поэтому победу нельзя приписывать только своему мужеству, а неудачу на поле брани — ошибке военачальников. Победа и поражение в деснице Господней».

О молитве, хранимой Василием Ивановичем Чуйковым в партбилете, семья узнала только после его смерти. А сколько таких зашитых в шинели иконок, крестиков, молитв было по всему фронту? Кто их может сосчитать? А сколько жизней они спасли? А какие молитвы сотрясали души матерей и жён? И даже те, кто не имел крестиков и молитв, когда обрушивалась лавина огня, когда цепенело тело, а разум уже был не в силах вместить происходящее, читали молитву «Господи, помилуй». Так было на всём фронте от Белого до Чёрного моря! Война была тем взрывом национального сознания, который вернул народ в храм, и власти были вынуждены не только прекратить гонения, но и начать сотрудничать с Церковью. Так закончилось время гонений.

Вот она — долгожданная победа! Свершилось! Но мало кто в эти дни замечал, что пришла весна, что в пригороде Берлина цвели яблони, пахло сиренью, трава была зелёная, а небо голубое, высокое. Приближались дни Пасхи. 10 мая Василий Иванович писал жене: «Здравствуй, дорогая моя Валечка. Целую тебя, родная, много-много раз. Долгожданный час победы наступил. Несомненно, чувство радости было большое, особенно 1 мая. В три часа ночи ко мне прибыл начальник немецкого генштаба и начал говорить о капитуляции. У меня на глазах склоняет колени немецко-фашистская Германия… Войти победителем в Берлин, то есть пройти от Сталинграда до Берлина… Это в 42-м была бы фантазия, в 43-м и 44-м — мечта, а в 45-м — уже пройденный пункт. Я был рад за всё и за всех. Как это совершилось. »

Пасха пришлась на 6 мая — день памяти Георгия Победоносца. Это были именины маршала Победы Георгия Константиновича Жукова. Разве случайно, что победа пришла в день его памяти? Символично было начало войны в День памяти всех русских святых и столь же символична была победа в дни Пасхи. «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ», — пели во всех церквях. Ещё одна попытка уничтожить христианство не удалась, поэтому Пасха 45-го — это была радость жизни, что остался жив. Пасха 45-го — это была возрождённая Церковь. Пасха 45-го — это значит, что Господь принял и освятил все жертвы, принесённые народом. Пасха 45-го — это светлая память всех на поле брани убиенных, потому что у Бога все живы. Пасха 45-го — это была Победа!

По материалам одноименного документального фильма

Информация об этом сообществе

  • Цена размещения 500 жетонов
  • Социальный капитал 15 711
  • Количество читателей
  • Длительность 5 часов
  • Минимальная ставка 500 жетонов
  • Посмотреть все предложения по Промо

Это на какую часть России ступила нога гитлеровца 22 июня 1941?

автор глупый грошовый копипастер

в каком месте на медали георгиевская лента?

Никто не борется с георгиевскими, гвардейскими и какие там еще бывают, ленточками, что за глупости.
С колорадскими — да.

Edited at 2016-05-06 05:13 am (UTC)

«Религия является злейшим врагом советского патриотизма. История не подтверждает заслуг церкви в деле развития подлинного патриотизма».
Журнал «Безбожник» июнь 1941г.

Как известно, враг русского народа Сталин, уничтожал религию и религиозные организации, в том числе РПЦ, не покладая рук. К 1917 году в России насчитывалось 54 692 приходских храмов. Было 1025 монастырей. В составе приходского духовенства насчитывалось 51 105 священников и 15 035 диаконов. Во второй половине 1930-х годов на территории страны все монастыри были уничтожены. «В 1928 году закрыто было 534 церкви, а в 1929 – уже 1119 храмов. В 1930 году упразднение православных общин продолжалось с нарастающим темпом. В Москве из 500 храмов к 1 января 1930 года оставалось 224, а через два года – только 87 церквей, находившихся в юрисдикции Патриархии. В Рязанской епархии в 1929 году было закрыто 192 прихода, в Орле в 1930 году не осталось ни одной православной церкви… К 1939 году во всей России осталось лишь около 100 соборных и приходских храмов (Цыпин Владислав, протоиерей. История Русской Православной Церкви. Глава «Русская Православная Церковь в 1929–1941 годах»).

«К началу II мировой войны в 25 областях РСФСР не было ни одного действующего православного храма, а в 20 областях функционировало не более чем по 5 церквей. На Украине ни одной действующей церкви не было в Винницкой, Донецкой, Кировоградской, Николаевской, Сумской, Хмельницкой областях; по одной действовало в Луганской, Полтавской и Харьковской.26 Согласно данным НКВД, к 1941 году в стране действовало 3021 православный храм из них почти 3000 находились на отошедших к СССР в 1939-1940 годах территориях Литвы, Латвии, Эстонии, Бессарабии, Северной Буковины, Польши и Финляндии»

Одновременно шло уничтожение священнослужителей. «Как производились аресты, допросы, с какой скоростью тройки выносили постановления о расстрелах, свидетельствуют данные правительственной комиссии по реабилитации жертв политических репрессий: в 1937 году было арестовано 136 900 православных священнослужителей, из них расстреляно 85 300; в 1938 году арестовано 28 300, расстреляно 21 500; в 1939 году арестовано 1500, расстреляно 900; в 1940 году арестовано 5100, расстреляно 1100; в 1941 году арестовано 4000, расстреляно 1900» (см.: Дамаскин (Орловский), игумен. История Русской Православной Церкви в документах Архива Президента Российской Федерации).

С датой германского нападения на СССР связано немало мифов, получивших особенно широкое распространение в церковной среде. Согласно одному из наиболее известных, дата 22 июня была якобы выбрана Гитлером в соответствии с астрологическими прогнозами. От этой легенды отталкиваются и те, кто не прочь представить события июня 1941-го как поход «языческой Германии» на «православную Русь».. Однако германский Генштаб при выборе дня и времени удара по СССР руководствовался соображениями иного плана. Обычно ночь с субботы на воскресенье была самой «недисциплинированной» в РККА. В воинских частях устраивались бани, за которыми следовали обильные возлияния; командный состав в воскресную ночь, как правило, отсутствовал находясь со своими семьями; для рядового же состава эта ночь всегда была самой подходящей для «самоволок». Именно этим, вполне земным расчетом (а вовсе не «шепотом звезд») и руководствовалось гитлеровское командование при выборе нескольких дат нападения на СССР. События первого дня войны блестяще показали справедливость такого расчета.

Религиозный смысл праздника Победы

Пасхальный колокольный звон-
И служба в церкви на пригорке.
Солдат в потертой гимнастерке
Идет с войны в свой отчий дом.

Зашел в церквушку — Божий крест,
Поставил свечи у иконки.
За тех, кто были в похоронках,
Кто защищал Москву и Брест.

Всех вспомнил — мертвых и живых.
Тех, кто за Родину сражался.
Тех, кто так ждал — и не дождался,
Своих друзей прифронтовых.

Всплакнул неслышно — и слеза
Скупая по щеке катилась.
Тут все грехи ему простились
За боль, что нес через года.

«Пасха 9 мая 1945 года» http://stihidl.ru

В 1945 году главный православный праздник — Пасха — был в день Георгия Победоносца 6 мая и непосредственно предшествовал дню Победы. Георгий Победоносец — воин-святой, победитель дракона, представляющего зло. Германская капитуляция была подписана ровно в середине Светлой седмицы Пасхи полководцем также с именем Георгий (Жуков).

В послании Патриарха Московского и всея Руси Алексия I 6 мая 1945 года говорилось: «Пасхальная радость Воскресения Христова соединяется ныне со светлой надеждой на близкую победу правды и света над неправдой и тьмой… Свету и силе Христовой не возмогли противиться и препятствовать тёмные силы фашизма, и Божие всемогущество явилось над мнимой силой человеческой.»

СЛОВО В ДЕНЬ ПОБЕДЫ 9 МАЯ 1945 ГОДА

…Слава и благодарение Богу!

Мир на земле Российской и, благодаря соединенным усилиям союзных правительств и воинств, — мир на землях многих…

…Бог посрамил дерзкие мечты злодеев и разбойников, и мы видим их теперь несущими грозное возмездие за свои злодеяния.

Мы уверенно и терпеливо ждали этого радостного дня Господня, — дня, в который изрек Господь праведный суд Свой над злейшими врагами человечества, — и Православная Русь, после беспримерных бранных подвигов, после неимоверного напряжения всех сил народа, вставшего как один человек на защиту Родины и не щадившего и самой жизни ради спасения Отечества, — ныне предстоит Господу сил в молитве, благодарно взывая к Самому Источнику побед и мира за Его небесную помощь в годину брани, за радость победы и за дарование мира всему миру.

Но только ли сознание радости несет победа? Она несет также сознание обязанности, сознание долга, сознание ответственности за настоящее и будущее, сознание необходимости усилить труд, чтобы закрепить победу, чтобы сделать её плодотворной, чтобы залечить раны, нанесенные войной.

Много еще предстоит нам трудного дела, но мы теперь можем дышать свободно и радостно приняться за труд, — тяжелый, но созидательный.

Читать еще:  50 день после пасхи

Если во время войны в непоколебимой вере в конечное торжество правого дела мы победоносно преодолели все трудности, все лишения, все тяготы на фронте и в тылу, то с какою же удвоенной силой мы примемся за воссоздание наших городов, из которых каждый — герой войны; наших дорогих и священных памятников, — всего того, что создала могучая воля и державная мощь нашего великого народа.

С благоговением вспоминая подвиги нашего доблестного воинства и тех наших близких и родных, кто положил за наше счастье временную жизнь в надежде восприять вечную, — мы никогда не перестанем молиться о них и в этом будем черпать утешение в скорби о потере дорогих сердцу и укреплять свою веру в бесконечное милосердие Божие к ним, отошедшим в горний мир, и во всесильную помощь Божию нам, оставленным для продолжения земного подвига и для благоустроения жизни во всем мире.

Да исправится же молитва наша, яко кадило пред Господом.

Да пройдет небеса.

Да принесена будет святыми молитвенниками за землю Русскую к Престолу Господню.

Бог мира да продолжит благословения Свои на родную землю нашу и да споспешествует вождям и правителям нашим мирным оружием государственной мудрости и правды побеждать всё, что враждебно миру и благу великого Отечества нашего и совокупными трудами народов-победителей установить во всем мире такой порядок, при котором невозможно было бы повторение ужасов войны.

Святую Церковь нашу в лице ее архипастырей, пастырей и верных чад призываю с таким же усердием и с такою же пламенной верой молиться о мирном преуспеянии нашей страны, с какими она молилась в годину испытаний за победу над врагами нашими. И да будет эта молитва так же благоугодна пред Богом.

«Благословен еси, Боже, звери укротивый и погасивый огнь…» (Канон службы Похвалы Божией Матери).

АЛЕКСИЙ (I),
Патриарх Московский и всея Руси
Москва, 9 мая 1945 г.

Рассказ, разрывающий сердце! Пасха в Дахау, 1945 год

Представляем вниманию читателей воспоминания бывшего узника «R 64923», Глеба Александровича Рара, в годы войны попавшего в фашистский концлагерь Дахау. Глеб Рар рассказал […]

Представляем вниманию читателей воспоминания бывшего узника «R 64923», Глеба Александровича Рара, в годы войны попавшего в фашистский концлагерь Дахау.

Глеб Рар рассказал о настоящем торжестве духа над предельными жизненными трудностями, о том, как чудом выжившие заключённые концлагеря, освобождённого союзниками, встречали Пасху 1945 года.

Настоящий рассказ был написан в 1998 г. на английском языке. Ниже приводится перевод, сделанный в 2006 году после кончины автора:

“Концентрационный лагерь Дахау, 27 апреля 1945 года. Последний транспорт с заключенными прибывает из Бухенвальда. Из первоначально направлявшихся в Дахау 5.000 человек я был среди тех 1.300, которые пережили эту перевозку. Многие были расстреляны, некоторые умерли с голоду, другие — от тифа…

28 апреля: Я и мои соузники слышим бомбардировку Мюнхена, происходящую приблизительно в 30 км от нашего концентрационного лагеря. Когда звук артиллерии приближается с запада и севера, выдаются приказы, категорически запрещающие заключенным под угрозой смертной казни покидать свои бараки. В то время, как солдаты SS“ на мотоциклах патрулируют по лагерю, пулеметы направлены на нас со сторожевых башен, окружающих лагерь.

29 апреля: К шуму от артиллерии примешались звуки пулеметных залпов. Свист гранат несется со всех сторон над всем лагерем. Вдруг белые флаги поднимаются над башнями, это — знак надежды, что SS“ скорее будет сдаваться, чем расстреливать всех заключенных и сопротивляться до последнего человека. И тут, около 6 ч. вечера, слышится непонятный шум, исходящий откуда-то вблизи лагерных ворот, и который очень быстро усиливается… И, наконец, голоса 32.600 узников сливаются в своем ликовании при виде первых американских солдат, появившихся прямо за колючей проволокой лагеря.

Некоторое время спустя, когда отключено электрическое напряжение, врата открываются и американские военнослужащие заходят внутрь лагеря. Когда они с широко раскрытыми глазами смотрят на нашу изголодавшуюся толпу, страдающую от тифа и дизентерии, они скорее походят на пятнадцатилетних подростков, чем на испытанных в бою военных.

Создается международный комитет из заключенных, который берет на себя управление лагерем. Продукты со складов SS“ передаются в распоряжение лагерной кухни. Один отряд американской армии также предоставляет некоторую провизию, и таким образом я впервые имею возможность отведать американской кукурузы. По распоряжению одного американского офицера радиоприемники изымаются у «выдающихся нацистов» в городке Дахау и распределяются между разными национальными группами заключенных. Поступают новости: Гитлер покончил самоубийством, русские взяли Берлин, немецкие войска сдались на юге и на севере. Однако бои еще бушуют в Австрии и Чехословакии…

Конечно, я все это время отдавал себе отчет в том, что эти многозначительные события происходили во время Страстной седмицы. Но как мы отметим ее, помимо нашей тихой, частной молитвы? Один соузник и главный переводчик Международного комитета заключенных, Борис Ф., навестил меня в «блоке 27» — моем бараке для зараженных тифом, чтобы уведомить меня о предпринимаемых попытках организовать совместно с Греческим и Югославским комитетами заключенных православное Богослужение в день Святой Пасхи 6 мая.

Среди заключенных находились православные священники, диаконы и монахи со Святой Горы Афон. Но не было ни облачений, ни каких-либо книг, икон, свечей, просфор, вина… Попытки раздобыть все эти предметы из русского прихода в Мюнхене не были увенчаны успехом, поскольку американцам не удалось найти кого-либо из этого прихода в разрушенном городе.

Несмотря на это, удалось решить некоторые из этих проблем: приблизительно 400 католическим священникам, заключенным в Дахау, было разрешено остаться вместе в одном бараке и служить мессу каждое утро перед уходом на работу. Они нам, православным, предложили воспользоваться их молитвенной комнатой в «блоке 26», который был как раз напротив, через улицу от моего собственного блока. Кроме деревянного стола и списка иконы Ченстоховской Божией Матери, висевшей на стене над столом, часовенка была совершенна пустой. Первообраз святыни происходил из Константинополя, откуда был привезен в г. Бельц в Галиции. Но впоследствии икона была отнята от православных польским королем. Однако когда Русская Армия изгнала наполеоновские войска из Ченстоховы, аббат Ченстоховского монастыря вручил список иконы Императору Александру I, который поставил ее в Казанском соборе в Санкт-Петербурге, где она почиталась верующими до самого захвата власти большевиками.

Нашелся и весьма изобретательный выход из положения в связи с облачениями. Были взяты холстинные полотенца из больницы наших бывших SS-совских надзирателей. Когда два полотенца сшивали вместе по длине, они образовывали собой епитрахиль, а когда их сшивали вместе по концам, получался орарь. Красные кресты, первоначально предназначенные для ношения медицинским персоналом SS-совской охраны, были прикреплены к полотняным облачениям.

В день Святой Пасхи, 6 мая (23 апреля по церковному календарю) — который знаменательным образом в этом году приходился на день памяти св. Великомученика Георгия Победоносца, сербы, греки и русские собрались у барака католических священников. Несмотря на то, что русские в Дахау составляли примерно 40% от общего числа заключенных, только немногим удалось принять участие в Богослужении. К тому времени «репатриационные офицеры» специального отряда «СМЕРШа» уже прибыли в Дахау на американских военных самолетах, и начали возводить новые отгородки из колючей проволоки с целью изолировать советских граждан от прочих заключенных, что было первым шагом для приготовления их к возможной насильственной репатриации.

За всю историю Православной Церкви, вероятно, не было такого пасхального Богослужения, как в Дахау в 1945 году. Греческие и сербские священники и сербский диакон облачились в самодельные «ризы», которые они надели на серо-голубые полосатые одежды заключенных. Затем они начали песнопения, переходя с греческого на церковно-славянский, а затем снова на греческий. Пасхальный канон, пасхальные стихиры — все пелось наизусть. Евангелие — «В начале было Слово» — также по памяти. И, наконец, Слово св. Иоанна Златоуста — тоже по памяти. Молодой греческий монах-святогорец встал перед нами и произнес его с таким проникновенным энтузиазмом, что мы его никогда не забудем до конца нашей жизни. Казалось, что сам Иоанн Златоуст говорил через него к нам и также ко всему остальному миру!

Восемнадцать православных священников и один диакон, в большинстве — сербы, участвовали в этой незабываемой службе. Подобно расслабленному, которого через отверстие в крыше опустили перед ногами Христа Спасителя, греческий архимандрит Мелетий был принесен в часовню на носилках, где он пробыл лежащим во время всего Богослужения.

Священнослужители, участвовавшие в пасхальном Богослужении в Дахау в 1945 году, теперь поминаются за каждой Божественной литургией в русской Часовне-памятнике в Дахау вместе со всеми православными христианами «на месте сем и в иных местах мучения умученных и убиенных».

Свято-Воскресенская часовня в Дахау, которая была построена отрядом Западной группы войск Российской Армии незадолго до ее вывода из Германии в августе 1994 года, являет собой точную реплику северно-русской шатровой церкви или часовни. За престолом часовни находится большая икона, на которой изображены ангелы, отворяющие врата концентрационного лагеря Дахау и Сам Христос, выводящий пленных на свободу.

Сегодня я хотел бы воспользоваться случаем и попросить вас, православных христиан во всем мире, сообщить нам имена иных православных братьев и сестер, заключенных и погибших здесь, в Дахау, или в прочих нацистских концентрационных лагерях для того, чтобы мы смогли включить их в наши молитвы.

А если вы сами когда-нибудь попадете в Германию, не премините посетить нашу русскую часовню на территории бывшего концлагеря Дахау и помолитесь за всех замученных «на месте сем и на иных местах мучения».

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ! XPIΣTOΣ ANEΣTH! CHRIST HAS RISEN!

«Воскресения день, и просветимся торжеством, и друг друга обымем. Рцем: братие! и ненавидящим нас, простим вся Воскресением, и тако возопиим: Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!» (Стихира Пасхи)”.

Глеб Александрович Рар — известный церковный и общественный деятель старой русской эмиграции.

Долгие годы Г.А. Рар состоял в Епархиальном Совете Германской епархии РПЦЗ, в приходских советах во Франкфурте и Мюнхене, был одним из важнейших деятелей «Православного Дела», служащего распространению веры в СССР, являлся одним из основателей всемирно известного швейцарского института «Вера во Втором Мире» (Glaube in der 2. Welt).

В 1968 г. посвящен во иподиакона митрополитом Филаретом (Вознесенским). Иподиакон Глеб Рар участвовал в III Всезарубежном Соборе РПЦЗ в 1974 году в Нью-Йорке, выступал с докладами о положении Церкви в СССР во многих странах мира. С 1983 года был председателем Свято-Князь-Владимирского Братства — старейшего русского общества в Германии, основанного в 1888 году при российском посольстве в Берлине для оказания помощи нуждающимся православным людям и для сооружения и содержания русских храмов в Германии.

В 1995 году, когда Братство было вынуждено закрыть свой домовой храм в Гамбурге, Г.А. Рар по просьбе руководства Русской Православной Церкви передал хранившийся там «Мемельский иконостас», служивший некогда русской армии в Семилетнюю войну в Пруссии, в Россию. Иконостас был отреставрирован Российским Фондом Культуры (Москва) и установлен в храме «Нерукотворного Спаса» при новосооруженном соборе в Калининграде, посвященном, по предложению Г. Рара, всем русским воинам, погибшим в Семилетнюю, Наполеоновскую, Первую мировую и Вторую мировую войны на территории нынешней Балтии.

Когда с Тысячелетием Крещения Руси в 1988 году Церковь на Родине стала освобождаться из-под контроля властей, Г.А. Рар последовательно начал ратовать за воссоединение Русской Зарубежной Церкви с Матерью-Церковью (Московской Патриархией). В 1990 году он энергично выступал против неканоничного создания «зарубежных» приходов на территории самой России. В августе 1991 года Г.А. Рар участвовал в Конгрессе Соотечественников в Москве, где был принят Святейшим Патриархом Алексием II, который через него обратился к иерархии РПЦЗ с предложением о воссоединении.

На территории бывшего концлагеря Дахау при поддержке бывшего узника была построена православная часовня Воскресения Христова в память православных жертв нацизма, что послужило началом основания прихода Московской Патриархии в Мюнхене.

По личному указанию Президента Российской Федерации В.В. Путина Г.А. Рар с супругой получили российское гражданство. Старческие недомогания и болезни, однако, воспрепятствовали их возвращению в Россию.

За его обширную деятельность Г.А. Рар был удостоен ряда почётных и благодарственных грамот Русской Церкви на родине и за рубежом, в частности, в 2004 г. от Святейшего Патриарха Алексия II.

Скончался Г.А Рар 3 марта 2006 года под Мюнхеном на 84-м году жизни.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector