1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Книга плачущий ангел священника александра дьяченко

Мой путь к Богу

Священник Александр Дьяченко — Читайте книгу «Плачущий ангел» онлайн — Читать также почти полное собрание всех рассказов батюшки

Книга «Плачущий ангел» священника Александра Дьяченко

(Тут, в рассказах, вся — Вера, биография и личная жизнь Александра Дьяченко,
иерея (священника) Бога Всевышнего
)

Рассказать о Боге, Вере и о спасении так, что может ни разу о Нём и не упомянуть,
а читателям, слушателям и зрителям всё становится понятным, и на душе от этого радость…
Мне когда-то хотелось спасти мир, потом мою епархию, потом мой поселок…
А теперь вспоминаю слова преподобного Серафимушки:
«спасись сам, и вокруг тебя спасутся тысячи»!
Так просто, и так недостижимо…

Отец Александр Дьяченко (1960 г.р.) — на фото ниже,
Русский человек, женат, прост, без в/п


И ответил я Господу Богу моему, что пойду к Цели путём страдания…

Священник Александр Дьяченко,
фото со встречи-деанонимизации сетевого блогера

Содержание сборника рассказов «Плачущий ангел». Читайте онлайн!

Даже если Вы читаете рассказы и очерки отца Александра Дьяченко в интернете (онлайн), хорошее будет дело, если Вы купите и соответствующие оффлайн-издания (бумажные книги) батюшки Александра и дадите почитать всем своим знакомым, кто ничего не читает в сети (последовательно, сначала одним, потом другим). Благое это дело!

Немного о простых рассказах русского батюшки Александра Дьяченко

Отец Александр – это простой русский батюшка с обычной биографией простого русского человека:
– родился, учился, служил, женился, трудился (рабочим на «железке» 10 лет). остался человеком.

К христианской вере о.Александр пришел уже взрослым человеком. Очень уж «зацепил его» Христос. И как-то мало-по-малу (сига-сига – как греки говорят, ибо любят такой основательный подход), незаметно для себя, неожиданно – оказался Священником, Служителем Господа у Его Престола.

Так-же неожиданно сделался вдруг «стихийным» писателем. Просто столько всего видел вокруг значительного, промыслительного и чудесного, что стал записывать жизненные наблюдения простого русского человека в стиле «акын». А будучи замечательным рассказчиком и настоящим русским человеком с таинственно-глубокой-широкой русской душой, познавшей к тому-же и Свет Христов в Его Церкви, – стал раскрывать в своих рассказах русский и христианский взгляд на прекрасную нашу жизнь в сем мире, как место Любви, труда, скорбей и побед, дабы принести пользу всем людям от своего смиренного недостоинства.

Вот и аннотация из книги «Плачущий ангел» отца Александра Дьяченко о том же:

Яркие, современные и необычайно глубокие рассказы отца Александра завораживают читателей с первых строк. В чем секрет автора? В правде. В правде жизни. Он ясно видит то, что мы научились не замечать – то, что доставляет нам неудобство и безпокоит совесть. Но здесь, в тени нашего внимания, не только боль и страдания. Именно здесь – и несказанная радость, ведущая нас к Свету.

Немного биографии Священника Александра Дьяченко

На встрече с читателями батюшка Александр Дьяченко рассказал немного и о себе, о своем пути к вере.
— Мечта стать военным моряком не осуществилась — отец Александр закончил сельскохозяйственный институт в Беларусии. Почти 10 лет на железной дороге отходил в составителях поездов, имеет высший квалификационный разряд. «Главное преимущество простого рабочего — свободная голова», — делился своим опытом отец Александр Дьяченко. На тот момент он уж был верующим человеком, и после «железнодорожного этапа» своей жизни поступил в Свято-Тихоновский богословский институт в Москве, по окончанию которого и был рукоположен во священники. Сегодня за плечами отца Александра Дьяченко уже 11 лет священства, большой опыт общения с людьми, множество историй.

«Правда жизни как она есть»

Беседа со священником Александром Дьяченко, блоггером и писателем

«Живой Журнал», жж alex_the_priest, отца Александра Дьяченко, который служит в одном из храмов «дальнего» Подмосковья, не похож на обычные сетевые блоги. Читателей в заметках батюшки привлекает и покоряет то, чего уж точно не следовало бы искать в интернете — правда жизни как она есть, а не как представляется в виртуальном пространстве или политических дебатах.

Отец Александр стал священником только в 40 лет, в детстве мечтал быть военным моряком, окончил сельскохозяйственный институт в Белоруссии. Более десяти лет он работал на железной дороге простым рабочим. Затем пошел учиться в Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 11 лет назад был рукоположен.

Творчество отца Александра — меткие жизненные зарисовки — популярны в интернете и также издаются в еженедельнике «Моя семья». В 2010 году издатели «Никеи» выбрали 24 очерка из жж батюшки и выпустили сборник «Плачущий ангел». Готовится и вторая книга — на этот раз писатель сам выберет рассказы, которые войдут в нее. О своем творчестве и планах на будущее отец Александр рассказал порталу «Православие.ру»

— Судя по вашим рассказам в «Живом Журнале», ваш путь к священству был долгим и сложным. А каким был путь к писательству? Почему вы решили сразу публиковать все в интернете?

Священник Александр Дьяченко: Совершенно случайно. Я, признаться, человек совсем не «технический». Но мои дети как-то решили, что я слишком отстал от жизни, и показали мне, что в интернете есть «Живой Журнал», где можно записывать какие-то заметки.

А ведь в практике каждого священника масса встреч, бесед, которые очень жалко было бы оставить безвестными, ведь они могли бы послужить примером для кого-то. Чем-то захотелось поделиться, что-то самому для себя записать, чтобы лучше разобраться… А ведь время проходит и многое забывается — вот так я и начал потихоньку записывать свои мысли и примеры из жизни.

Но все-таки ничего случайного в жизни не бывает. Вот мне недавно исполнилось 50 лет и уже 10 лет, как я стал священником. И у меня возникла потребность подвести какой-то итог, осмыслить как-то свою жизнь. У каждого наступает такой переломный момент в жизни, у кого-то — в 40 лет, у меня вот — в 50, когда пора определяться, что ты из себя представляешь. И вот все это вылилось постепенно в писательство: пришли какие-то воспоминания, сперва я писал маленькие заметки, а потом у меня начали выходить целые рассказы. А когда та же молодежь научила меня брать текст в жж «под кат», тут уж я мог свою мысль не ограничивать.

Недавно я подсчитал, что за последние два года я написал около 130 рассказов, то есть получается, что все это время я писал даже чаще, чем раз в неделю. Вот это меня удивило — я и сам не ожидал от себя такого; что-то, видимо, двигало мной, и если я, несмотря на обычный для священника недостаток времени, все-таки успевал что-то написать, — значит это нужно было. Теперь я планирую сделать перерыв до Пасхи — а там посмотрим. Я, честно говоря, никогда не знаю, напишу ли я следующий рассказ или нет. Если у меня не будет потребности, необходимости рассказать какую-то историю — я все это заброшу сразу.

— Все ваши рассказы написаны от первого лица. Они автобиографичны?

Священник Александр Дьяченко: События, которые описаны, все реальны. А вот что касается формы изложения, мне писать от первого лица как-то ближе было, я по-другому и не могу, наверное. Ведь я не писатель, а сельский священник.

Какие-то сюжеты действительно биографичны, но, поскольку это не все происходило конкретно со мной, я пишу под псевдонимом, но от имени священника. Для меня каждый сюжет очень важен, даже если не со мной лично произошел — мы ведь тоже учимся у своих прихожан, причем всю жизнь.

И в конце рассказов всегда конкретно пишу вывод (мораль сочинения), такой, чтобы все на свои места поставить. Важно все же показывать: вот посмотри, на красный свет нельзя идти, а вот на зеленый — можно. Мои рассказы — это ведь проповедь прежде всего.

— Почему избрали для проповеди столь непосредственную форму занимательных житейских историй?

Священник Александр Дьяченко: Чтобы тот, кто интернет читает или книгу открыл, все-таки дочитал ее до конца. Чтобы какая-то простая ситуация, какую он привык не замечать в обычной жизни, его бы взволновала, пробудила немного. И, может быть, в следующий раз, столкнувшись уже сам с подобными событиями, он посмотрит в сторону храма.

Многие читатели потом мне признавались, что стали по-другому воспринимать священников и Церковь. Ведь часто священник для людей — как памятник. К нему невозможно обратиться, к нему страшно подойти. А если увидят в моем рассказе живого проповедника, который тоже чувствует, переживает, который рассказывает им о сокровенном, то может и легче потом придут к осознанию необходимости духовника в своей жизни.

Я не вижу перед собой какой-то определенной группы людей из паствы… Но у меня много надежды на молодых, чтобы им было тоже понятно.

Молодые воспринимают мир уже иначе, чем люди моего поколения. У них другие привычки, другой язык. Конечно, мы не будем копировать их поведение или выражения на проповеди в храме. А вот на проповеди в мире, я считаю, можно немного и на их языке поговорить!

— Довелось ли вам увидеть плоды вашего миссионерского послания?

Священник Александр Дьяченко: Я не подозревал, честно говоря, что будет столько читателей. Но сейчас есть современные средства связи, мне пишут комментарии в блог, чаще безтолковые, а еще приходят и письма в газету «Моя семья», где печатаются мои рассказы. Казалось бы, газета, как говорят, «для домохозяек», ее читают простые люди, занятые бытом, детьми, домашними проблемами, — и вот от них мне особенно было радостно получить отзывы, что рассказы заставили задуматься о том, что такое Церковь и какая она.

— Однако в интернете, о чем бы ты ни писал, можно получить комментарии не слишком благостные…
о.Александр: Все же мне важен отклик. Иначе мне было бы неинтересно писать.
— А от ваших постоянных прихожан в храме приходилось ли слышать благодарность за писательский труд?
о.Александр: Они, я надеюсь, не знают, что я еще и рассказы пишу — ведь во многом услышанные от них житейские истории и заставляют меня снова что-то записывать!

— А если кончатся занимательные истории из жизненного опыта, исчерпаются?

Священник Александр Дьяченко: Некоторые вполне заурядные ситуации бывают очень проникновенные — и тогда я их записываю. Я не писательствую, моя основная задача — священническая. Пока это в русле моей деятельности как священника — я пишу. Буду ли завтра писать очередной рассказ — не знаю.

Это как честный разговор с собеседником. Вот часто на приходе после Литургии община собирается, и за трапезой рассказывает что-то каждый по очереди, делится проблемами, или впечатлениями, или радостью — такая проповедь после проповеди получается.

— А вы сами перед читателем исповедуетесь? Укрепляет ли вас духовно писательский труд?

Священник Александр Дьяченко: Да, получается, что ты открываешь себя. Если будешь писать, закрываясь, никто тебе не поверит. Каждый рассказ несет в себе присутствие личности, от лица которой ведется повествование. Если смешно, то и сам автор смеется, если грустно — то плачет.

Для меня мои записи — это анализ самого себя, возможность подвести какой-то итог и сказать самому себе: вот здесь ты прав, а здесь — был не прав. Где-то это возможность попросить прощения у тех, кого обидел, а в реальности попросить прощения уже нельзя. Может быть, читатель увидит, как горько бывает потом, и не повторит какие-то оплошности, какие мы каждый день совершаем, или хотя бы задумается. Пусть не сразу, пусть через годы вспомнит — и в церковь зайдет. Хотя в жизни по-разному бывает, ведь сколько людей всё собираются, да так и не приходят в храм никогда. И им тоже адресованы мои рассказы.

— Что посоветуете почитать еще тем, кто все же посмотрел уже в сторону Церкви?

Священник Александр Дьяченко: Священное Писание. Если мы не будем читать его ежедневно — мы закончимся как христиане сразу же. Если мы будем жить своим собственным умом и не будем питаться, как хлебом, Священным Писанием, то все наши книги остальные теряют смысл!

Если сложно читать — пусть не поленится в храм приходить на занятия-беседы о Священном Писании, которые каждый приход, надеюсь, проводит… Если уж преподобный Серафим Саровский каждый день читал Евангелие, хоть и наизусть знал, то что же нам говорить?

Иногда, когда я предлагаю людям почитать Евангелие, то слышу в ответ: «А я уже это читал, знаю, зачем второй раз читать»?

Читать еще:  В каких странах были кирилл и мефодий

Вот все то, что мы, священники, пишем, — все это должно такого человека подтолкнуть к тому, чтобы он начал читать Священное Писание. В этом главная задача всей околоцерковной художественной литературы и публицистики.

— А какие конкретно современные авторы, интересные широкой публике, справляются с этой задачей, по вашему мнению?

Священник Александр Дьяченко: Ну, во-первых, мы при храме собираем нашу приходскую библиотеку, в которой каждый, кто обратится, может получить и что-то нужное, и что-то современное, что не только полезно, но интересно почитать. Так что за советом, и о литературе в том числе, не надо стесняться обратиться к священнику.

Вообще не нужно бояться иметь духовника: обязательно надо выбрать какого-то конкретного человека, пускай он часто бывает занят и иногда будет «отмахиваться» от вас, но лучше, если вы будете ходить все же к одному и тому же священнику — и постепенно установится личный контакт с ним.

А среди современных авторов я бы хотел отметить, например:

Вообще много авторов, но все равно хорошей литературы всегда не достает.

— А что вы сами любите почитать на досуге?

Священник Александр Дьяченко: Трудно что-то одно выбрать. Вообще с возрастом я меньше стал читать художественной литературы, начинаешь ценить чтение духовных книг. Но вот недавно, например, опять открыл Ремарка «Возлюби ближнего своего» — и увидел, что это то же Евангелие, только житейски изложенное…

Александр Дьяченко — Плачущий ангел

Александр Дьяченко — Плачущий ангел краткое содержание

Плачущий ангел читать онлайн бесплатно

Александр Дьяченко

ПЛАЧУЩИЙ АНГЕЛ

Содержание

Немножко о главном

Подарок (Тренажёр для попов)

Новый год (О смерти)

Разговор с собакой

Лучшая песня о любви

Чудеса (Запах бездны и говорящий кот)

Пророчество игумена Нафанаила

Диаконское искусство

О том, что у меня бас и хорошие перспективы при правильной постановке голоса, мне ещё в школе говорил один мой приятель. Когда по его просьбе я что-то прохрипел в телефонную трубку, он в восхищении заорал мне в ответ:

– Да тебе в консерватории учиться надо, Шура, – поверь мне, – в этом деле я не ошибаюсь!

Но у меня тогда было невысокое мнение о музыкальных способностях моего одноклассника, и я ему не поверил, и напрасно. Сегодня друг моего детства один из известных белорусских музыкальных продюсеров, имеет свою студию звукозаписи и несколько коллективов, с которыми разъезжает по миру, и, даже исполняет под гитару песни собственного сочинения. Поверил бы другу, сейчас бы, глядишь, – в Большом солировал.

Когда стал ходить в храм на службы, то тихонько подпевал, стоя за клиросом. Думаете, что никто тебя не слышит? А нет, как раз-то в храме любое параллельное хору пение очень даже слышно, и меня вычислили. Но вместо того, чтобы наказать, пригласили на клирос.

Вот тут-то я и пожалел, что не слушался маму, которая всеми силами пыталась меня, тогда ещё лопоухого второклассника, заставить играть на пианино. Я принципиально и категорически отверг все её попытки:

– Танкистам не нужно играть на пианино!

– Ладно, – в конце концов устав от наших баталий сказал папа:

– Танкист, да ещё с боевым стажем – не хочет, – так не мучай ребёнка.

Откуда мне тогда было знать, что как раз-то танкист из меня и не получится, а получится священник, для которого знание нотной грамоты есть первейшая необходимость?

На клиросе я и стал понемногу учиться всей этой певческой премудрости. Бабушки пели не по нотам, а на слух. Под их руководством я постигал церковные гласы. И до сих пор не понимаю, что меня, тогда ещё молодого парня, задержало в этом старушечьем коллективе?

Помню своего первого псаломщика, она же и регент в одном лице, бабушку Анну. Человек пришёл на клирос ещё в 1944-ом, как вернули верующим храм – так и пришла. За долгие годы беззаветного служения ко времени моего прихода от её голоса уже ничего не осталось. Баба Аня выдавала такие звуки, что мой ребёнок периодически пугаясь, только жалобно спрашивал:

– Мама, зачем так страшно поют?

Со временем мне доверили читать Апостол. Моя первая в этом деле наставница — послушница Мария, человек суровый и неразговорчивый. Во время службы она преображалась, её многочисленные морщинки исчезали, а глаза сияли. И вообще, лица моих товарок, людей простых и неучёных, бывших прядильщиц, уборщиц, крестьянок во время пения молитв становились такими возвышенно прекрасными, что я понимал: ничего подобного за стенами храма не встретишь.

Мария учила как нужно читать Апостол, где должно играть голосом на повышение, где снижаться и прочитывать фразы на полурезких выдохах. До сих пор я встречаю такую практику возглашений у старых дьяконов.

– Ты должен читать так, чтобы люди, слушающие тебя, – проговаривали бы вслед за тобой слова, что ты произносишь, и не только понимали бы смысл прочитанного, но и плакали бы от умиления.

После её смерти в память о ней мне досталась бумажная иконка преподобной Марии Египетской, в грубом окладе, сделанном ею самой в те далёкие годы в страшных сибирских лагерях, при помощи одного только топора. Она вообще владела топором мастерски. Это я понял, когда помогал ей собирать иконостас для возрождаемого ею (в одиночку) женского монастыря.

Пробовали меня впоследствии задействовать и на правом клиросе, но отсутствие необходимых музыкальных навыков не позволило мне влиться в стройные партесные ряды.

Потом к нам на клирос пришла смена – юная поросль, выпускницы регентских епархиальных курсов. Хорошие девчонки, можно даже сказать, самоотверженные. Наш второй священник, отец Нифонт получил благословение служить на праздники в одном из отдалённых сельских храмов. Батюшка уталкивал нас в свой жигулёнок и мы после службы у себя в храме мчались в ту маленькую церквушку. Помнится, как-то на Троицу в его машинку набилось, кроме водителя, ещё 8 человек. Кто бы только знал, как благодатно было ездить с отцом игуменом. Иисусова молитва так и лилась, так и лилась. Будучи по природе неисправимым холериком, батюшка всякий раз садясь за руль, мчался, словно в последний раз, выжимая из машины всё, на что она была способна.

Я продолжал петь басом, но вторую партию, поскольку подобрать басовую у меня не хватало умения. Сейчас понимаю, как со мной было трудно, но девочки певчие терпели, как и прежде терпели мои бабушки. А я был уверен, что чем ниже мне удастся прорычать, и чем более мой рык будет походить на буддийское горловое пение, тем лучше. Как я был восхищён, когда при возглашении протодиаконом многолетия в гродненском кафедральном соборе (это ещё при владыке Валентине) в храме задрожали стёкла. Как мне мечталось достичь таких высот.

Может и пропел бы я счастливо всю свою жизнь на клиросе родного храма, если бы не случай в лице моего знакомого, по имени Николай. Коля, как говорится, «прошёл суровую школу жизни», и к своим двадцати пяти годам уже дважды побывал в местах заключения.

Но Бог милостив, и мой знакомец пришёл в церковь. Мало того, что пришёл, он ещё и трудиться начал. У него в голове постоянно появлялись какие-то благочестивые прожекты: то он задумал строить часовенку тогда ещё не прославленной матушке Матроне, то решил издавать православную газету. Но все его инициативы (это я уже потом анализировал) были неизменно связаны с кампаниями по сбору пожертвований на благие дела. Сперва ему со всех сторон нашего отечества шли денежные переводы на часовню, но часовня так и не появилась. Потом тоже самое произошло и с газетой, хотя, правда, три номера ему всё-таки выпустить удалось.

Шальные деньги, собранные на Святое дело, но ушедшие не по назначению, словно древоточец, подточили и разрушили моего товарища. Хотя, уверен, желания у него были искренними – но не совладал с собой человек. Коля стал пить и быстро втянулся в эту пагубу.

Тогда же для повышения авторитета своей газеты он решил получить благословение правящего архиерея. И предложил мне, как помогающему в её выпуске, съездить вместе с ним в митрополию. Я согласился и мы поехали. По дороге Коля хвастал, что знаком со всем руководством епархиального управления, и получить благословение для него пара пустяков.

Когда мы приехали и шли по областному центру, Николай мне всё о чём-то оживлённо рассказывал. Неожиданно он остановился возле ларька и, извинившись, купил бутылку пива, которую здесь же и выпил, не отрываясь, из горлышка.

– Ты что делаешь, – спрашиваю, как же мы теперь в епархию пойдём?

Он улыбнулся: – Ничего страшного, — прорвёмся, — и снисходительно похлопал меня по плечу.

Мы ещё прошли метров двести, мой спутник чуть отстав от меня, снова покупает бутылку пива, и не смотря на все мои протесты, и уже без всяких извинений, вливает в себя её содержимое. Потом он, не обращая на меня внимания, чему-то улыбался, скалясь словно пёс, а потом и вовсе куда-то пропал.

Короче говоря, я остался в одиночестве стоять у ворот епархиального управления. Что было делать? Идти просить благословения для газеты, которую не я издавал, или возвращаться домой «не солоно хлебавши»?

Ладно, думаю, зайду, – ведь для чего-то я сюда ехал. Зашёл в управление и попросил проводить меня к отцу секретарю, про дружбу с которым мне всю дорогу хвастал несчастный Николай.

Батюшка оказался на месте, и он действительно вспомнил моего шального друга. Мы с ним поговорили о Коле, а потом он меня спросил:

Рецензии на книгу « Плачущий ангел (сборник) »

Священник Александр Дьяченко

Яркие, современные и необычайно глубокие рассказы отца Александра завораживают читателей с первых строк. В чем секрет автора? В правде. В правде жизни. Он ясно видит то, что мы научились не замечать — то, что доставляет нам неудобство и беспокоит совесть. Но здесь, в тени нашего внимания, не только боль и страдания. Именно здесь — и несказанная радость, ведущая нас к Свету.

Лучшая рецензия на книгу

Очень добрая и приятная книга.И вправду, создается впечатление, что ты сидишь рядом со священником за столом, распивая чай с пирогами и внимательно слушаешь. Приятно-тягучее повествование.И прямо чувствуешь, что в воздухе через секунду разнесется запах ладана и тающих свечей.Все рассказы по своему интересны и поучительны. Временами им веришь, временами кажутся придуманной сказкой, а иногда хочется и всплакнуть(даже взрослому мужчине:)Очень добрая книга.Очень хочется ее посоветовать.

Мягкая обложка, 256 стр.
Тираж: 8000 экз.
Формат: 70×100/32 (120х165 мм)

Поделитесь своим мнением об этой книге, напишите рецензию!

Рецензии читателей

Потрясающая книгу состоящая из воспоминаний , наблюдений, заметок священника, по мне ничем не уступает книге Тихона Шевкунова («Несвятые святые») Однозначно добалю в избранное. Рассказы,которые заставляют задуматься. Особенно впечатлили о человеке,которые отдал последние 10 рублей,которые ему выделила жена, а на следующий день умер,тем и спасься. Интерсная заметка о молитве, как без духовника можно себе поредить. О новом годе, когда для родственников не воврямя умер их близкий человек, а они то праздника хотят, им не досмерти сейчас. Книга читается очень легко, понятный язык для всех.

Это рассказы, прочитыв которые, ты просто хочешь что-то изменить в своей жизни. Как-то иначе взглянуть на себя и людей, которые рядом с тобой. Иногда даже родных, которых мы любим априори, мы воспринимает как некую данность. Как то, что с нами как бы навсегда. Но наверное на каждого человека надо взглянуть как на дар, посланный нам Богом. при чтении рассказов отца Александра очень много мыслей в голове появляется. Тех, от которых обычно человек стремится спрятаться. как бы уйти, забыться. Потому что эти мысли обличают нас. Потому что во многом узнаешь себя, когда читаешь эту книгу. И не всегда это приятное и хорошее узнавание.

Если хотите встретиться с обой, то обязательно прочитайте этот замечательный сборник.

Современники очень любят, по большому счету, умничать, — произнося высокопарные словеса, связанные с Верой, Господом и христианством. Когда же ты читаешь книгу, внезапно приходит озарение, что Вере нужно учиться, Библию нужно понимать, а на Поступки получать благословение. Вроде бы такую банальщину Отец пишет, а в тоже время понимаешь — далеки мы от истины, ой как далеки.
Сборник рассказов писанных простым языком, связанных между собой только главным героем, а ведь глаза открывает. А еще возникают две мысли:
1) Уроки нравственности не то что нужны, а жизненно необходимы обществу. Что бы ни скатится в тотальное потребление, которым правит одна реклама, а остаться Человеком. Любящим, сострадающим, терпеливым, понимающим и добрым.
2) Я не знаю, куда катится церковь, но ситуацию надо спасать. Главный православный собор моего города суть чванливое, высокомерное и неприятное место, в котором правят «бабульки», осыпающие гадостями только потому, что толком не знаю как себя в церкви вести. Вот почувствовал необходимость зайти и помолится, как умею. И что? Стал я не там, свечку купил не ту, молится, не умею, не к той иконе подошел. Да что ж такое, я не экзамен по соответствию «бабулькиным» критериям сдаю. Я к Богу обратиться нужду имею. И если я не умею да не знаю, может, стоит поговорить со мной, а не тыкать клюкой в бок, под шикающие одобрение товарок. И я не один такой.

Читать еще:  Выходной после пасхи

А вообще, верьте и любите, все нам с вами и воздастся.

Современники очень любят, по большому счету, умничать, — произнося высокопарные словеса, связанные с Верой, Господом и христианством. Когда же ты читаешь книгу, внезапно приходит озарение, что Вере нужно учиться, Библию нужно понимать, а на Поступки получать благословение. Вроде бы такую банальщину Отец пишет, а в тоже время понимаешь — далеки мы от истины, ой как далеки.
Сборник рассказов писанных простым языком, связанных между собой только главным героем, а ведь глаза открывает. А еще возникают две мысли:
1) Уроки нравственности не то что нужны, а жизненно необходимы обществу. Что бы ни скатится в тотальное потребление, которым правит одна реклама, а остаться Человеком. Любящим, сострадающим, терпеливым, понимающим и добрым.
2) Я не знаю, куда катится церковь, но ситуацию надо… Развернуть

Очень добрая и светлая книга. Полное ощущение, что перед тобой сидит умный и всепонимающий батюшка, и очень спокойным и приятным голосом рассказывает самые разные истории из жизни своих прихожан. В книги нет ни капли фальши. Во все «божественные чудеса» не просто веришь, а даже и тени сомнения не закрадывается о правдивости произошедшего. Очень подкупает самоирония автора и его манера рассказывать о своих совершенно мирских чувствах и эмоциях. Скажу честно, читала не отрываясь. Замечательная книга! Очень!

Об отце Александре я узнала много лет назад из газеты «Моя семья», где у него своя колонка, озаглавленная «Рассказы сельского батюшки». Честно говоря, даже только ради этого листка стоит покупать газету. А еще он много дает советов, отвечает на вопросы, рассказывает случаи из жизни и комментирует письма читателей в другой колонке: «Небо и земля», куда пишут люди о неопознанном, потустороннем и мистическом в своей жизни. Он замечательный человек, и я очень люблю его рассказы. После них всегда тепло на душе, светит и греет где то внутри, в области солнечного сплетения. А порой заставляет задуматься и прошибает слезу. Становится стыдно и больно, хотя ты сам не имеешь никакого отношения к ситуации и рассказу.

Книга для меня стала настоящей отдушиной, которую хотелось читать для умиротворения мыслей и души на ночь, хоть и поплакала я над ней не единожды. Отец Александр превосходный собеседник. В нем столько доброты и мудрости, что кажется, что говоришь с другом, который всем сердцем желает тебе добра. Мне очень хочется рекомендовать книгу всем, кто по каким то причинам сторонится церкви, православия, священников, стесняется спросить, зайти в церковь, и не знает других деталей служб-прочитайте и вам станет легче и понятнее сделать шаг на пути воцерковления, если, конечно, вам это нужно и просит душа.

Множество самых разных историй-свидетельств присутствия Бога и Его пути в жизни каждого человека, события. Анализы поступков в нравственном отношении, рассказы о самых разных людях, встречающихся на его пути: прихожанах и тех, кто ими так и не стал, хотя их душа и тянулась к свету. Кусочки судеб на полотне Господнем.

Книга о грехах, которые мучают человека, даже спустя много много лет, даже если они имеют в глазах других оправдание. Как в рассказе о плачущем ангеле: почти святой, безгрешной бабульке, кающейся всю жизнь, но так и не сумевшей простить себе свой самый страшный грех. Называющая себя «кусячницей и шпекуляркой» только за то, что в голодные военные годы, для того, чтобы самим не умереть с голоду, резала с трудом доставшуюся на семью буханку хлеба и продавала ее по кусочкам солдатам, которые ехали воевать.

чем выше поднимается в духовном плане человек, тем больше ему открывается его несовершенство, греховность натуры

О поступках, которые не осуждаются обществом. Как например, сдать свою обезумевшую под старость лет мать в дом престарелых. А так же и о тех, кто ухаживает за тяжело больным человеком, несмотря ни на что.

Ведь, мы действительно должны отвечать за всех, кого приручаем, за всех, кто становится частью нашей жизни, и для кого мы, в свою очередь, становимся надеждой и опорой. И, как бы это ни было трудно, нужно помнить и любить всех, даже, если в память о них у тебя ничего не осталось, кроме благодарности за те немногие мгновения радости, когда ты оказался им нужен.

О совести и самом понятии греха.

грех опускает человека на уровень животного мировосприятия, а порой и вовсе превращает в «овощ», безвольный и безсовестный.

Почему грех так сладостен и притягателен, судя по тому, что нам вещают во всех средствах массовой информации, выставляя в противовес ему добродетель унылой и не достойной внимания?

Посмотрите, реклама нам вдалбливает: живи для удовольствия. А что, разве жизнь сплошное удовольствие? И цель жизни только в кайфе? Тогда идеал жизни – это наркоман с глазами под лоб.

А еще эта книга о Любви. Настоящей, той самой, что проносится через годы и выстаивает в любых обстоятельствах. Не за что то, а вопреки всему. Такой любви, смысл которой люди порой даже не закладывают, когда говорят о ней, пишут и сочиняют стихи. Любви в ее высшем проявлении.

люди по-настоящему высокой духовной жизни никого не обличают, и требовательны только к себе, а о других – молятся. Таков закон Любви.

В книге очень много чего можно выделить в цитаты, но вот эта, наверное, самая зацепившая меня:

любить может только тот, кто в смирении переносит страдания. В благополучии человек способен на подачку, а в страдании вырастает до самопожертвования. Чтобы действительно сочувствовать, – нужно соучаствовать

Об отце Александре я узнала много лет назад из газеты «Моя семья», где у него своя колонка, озаглавленная «Рассказы сельского батюшки». Честно говоря, даже только ради этого листка стоит покупать газету. А еще он много дает советов, отвечает на вопросы, рассказывает случаи из жизни и комментирует письма читателей в другой колонке: «Небо и земля», куда пишут люди о неопознанном, потустороннем и мистическом в своей жизни. Он замечательный человек, и я очень люблю его рассказы. После них всегда тепло на душе, светит и греет где то внутри, в области солнечного сплетения. А порой заставляет задуматься и прошибает слезу. Становится стыдно и больно, хотя ты сам не имеешь никакого отношения к ситуации и рассказу.

Книга для меня стала настоящей отдушиной, которую хотелось читать… Развернуть

Протоиерей Александр Дьяченко: У каждого священника есть удивительные истории

В 40 лет рабочий станции Орехово-Зуево стал настоятелем храма, а в 50 — писателем Отец Александр Дьяченко — автор нескольких книг, один из самых известных православных прозаиков. Судьба сводила его с разными людьми, их жизненные истории послужили основой для рассказов, порой напоминающих притчи. Но и в жизни самого автора было немало неожиданных сюжетов, о которых он рассказал нашему корреспонденту.

Папа показал мне кулак

Я родился в Западной Белоруссии в семье военно­служащего, там прошли детство и юность. Родители были коммунистами и старались воспитать меня в соответствующем духе. Однако в 9-м классе у меня, некрещёного, вдруг появилось желание поступить в духовную семинарию. И тогда папа показал мне кулак: «Только попробуй!»

Пришлось пробовать себя в других сферах. Занимался сельским хозяйством, был чиновником, но ни к чему не лежала душа. А когда началась перестройка, остался без работы. Ощущение не из приятных, и моя жена очень переживала.

Но есть Божий промысел! Открыл случайно районную газету, смотрю — объявление: на железнодорожной станции Орехово-Зуево требуется составитель поездов, неплохая зарплата. Красота! Пойду туда, чего голову ломать? И знаете, я успокоился. Появилось время читать, размышлять, путешествовать.

В эти годы (мне тогда исполнилось 30 лет) мы всей семьёй приняли крещение. Потом я узнал, что открылся Свято-Тихоновский богословский институт, и с радостью поступил туда. Работал и учился. Все самые трудные перестроечные годы прошли на железной дороге. Я очень благодарен Господу за этот опыт.

У жены в роду святая

О том, чтобы стать священником, не думал, считал себя недостойным. Даже после рукоположения в диаконы у меня поначалу были мысли: «Ой, а что я тут делаю? Это же святой алтарь!» Спрашивал себя: «Кто я такой, чтобы здесь стоять?» Даже просил владыку о передышке перед рукоположением в иереи. Матушка тогда придала мне уверенности, сказала: «Раз тебя благословили — иди».

И мне дали восстанавливать сельский храм. Видимо, Богу было угодно, чтобы я стал священником. Сейчас супруга руководит клиросом, и мне кажется, она более достойная христианка, чем я. Родная сестра её прабабушки — новомученица — была игуменьей монастыря, который разорили большевики.

Моя родная сестра пришла в церковь практически одновременно со мной. Сейчас она живёт в Западной Белоруссии, в Гродно. И родители стали верующими. Моя мама, которой скоро будет 92 года, говорит: «Молюсь за тебя, Саша».

От ЖЖ до «Никеи»

У каждого священника есть множество интересных историй. Однажды дети сказали мне, что я должен поделиться этими историями с другими, завели мне страничку в «Живом Журнале». Стал записывать свои наблюдения, размышления. До этого я в Интернет не заходил.

Через некоторое время возникли сомнения, стоит ли всё это продолжать. Сделал перерыв. И тогда мне стали писать читатели. Убеждали, что я должен вести записи дальше, что они ждут продолжения.

Потом мои рассказики заметили в издательстве «Никея» и предложили собрать их под обложкой. Так появилась первая книжка — «Плачущий ангел». Её отметили дипломом в Издательском совете, и это меня ещё больше ободрило. Я почувствовал, что на меня надеются. Более того, мне кажется, писательство стало важной частью моего служения.

«Лучше я возле храма умру»

В восстановлении храма Тихвинской иконы Божией Матери в селе Иванове недалеко от Покрова я участвовал ещё мирянином. А потом прошло время, и я продолжил эту работу уже настоятелем.

Восстанавливать камни — просто. А вот создавать церковь из человеческих душ — очень тяжело. Население нашего посёлка — чуть меньше 6 тысяч человек. Немало людей очень грамотных, учёного народа много. Людей, заходящих в храм, становится больше.

Вокруг нас постоянно происходят чудеса. Бывает, умирает праведный человек, и начинают плакать иконы. У нас в храме это тоже было. И всё-таки самое большое чудо — покаяние. Иной раз думаешь: «Надо же! Слава Тебе, Господи!»

Что такое покаяние? Это полное изменение направления твоих мыслей, устремлений, образа жизни. Христос призывал: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!» Если искренне не покаешься, в Царство небесное не войдёшь. Вот смотришь на бабушек, которые приходят в храм. Служба уже давно закончилась, а старушка из последних сил всё бредёт. Идёшь ей навстречу: «Матушка, у тебя вид совсем бледный, сердце, наверное, через раз бьётся». А она в ответ: «Батюшка, так лучше я возле храма умру». Понимаете? В немощном теле — и такой дух.

Молчание как молитва

Чтобы отвлечься от суеты, беру Евангелие, Псалтирь и начинаю читать. Если тяжело, страшно, больно, просто начинаешь кричать: «Господи, Боженька, помоги!» И Он слышит.

Чудесным образом действует на меня храм. Зайдёшь, присядешь, помолчишь — и всё начинает становиться на свои места. Ещё митрополит Антоний Сурожский говорил, что одна из форм молитвы — это молчание.

Как-то люди пришли в нашу церковь крестить детей. Их было много, все в заботах, оживлённо что-то обсуждают. Я к ним вышел и говорю: «Вы пришли в храм, может, один раз за много лет, и при этом лишаете себя самого главного. Помолчите и послушайте, что хочет сказать вам Господь». Знаете, они меня услышали и замолчали.

Записала Ирина КОЛПАКОВА

Адрес блога отца Александра alex-the-priest.livejournal.com

Читать еще:  Пасха в 2000 году

5 фактов из жизни священника Александра Дьяченко

— В детстве мечтал стать военным моряком, но потом поступил в сельскохозяйственный институт.

— Дьяченко — псевдоним, настоящая фамилия — Брагар.

— Первые читатели книг отца Александра — его жена и дочь.

— Главной своей писательской задачей считает привести человека в храм.

— Недавно вышла в свет новая книга его рассказов — «Схолии»

LiveInternetLiveInternet

Рубрики

  • Cкульптура (2)
  • Музыкальные флеш плееры (1)
  • (0)
  • (0)
  • SOS, SOS, SOS. (3)
  • БАРДЫ/Авторская песня (55)
  • БИСЕР (14)
  • ВЕСЬ ЮЖНЫЙ УРАЛ (22)
  • ВСТРЕЧА С ПЕСНЕЙ. МузСайты (0)
  • ВЫШИВКА (20)
  • география путешествий (89)
  • Великие путешественники (3)
  • тайны морей и океанов (1)
  • геология (49)
  • МИР КАМНЯ (6)
  • ГРАВЮРА (1)
  • Детские фильмы (6)
  • Документальное кино (22)
  • Живопись (593)
  • АКВАРЕЛИ (38)
  • РИСУНОК (12)
  • Зверьё моё (83)
  • Здоровье (45)
  • ИГРУШКИ (373)
  • интерьер,дизайн (34)
  • ИСКУССТВО ЗВУКА (11)
  • Исторические русские усадьбы (9)
  • ИСТОРИЯ И КРАЕВЕДЕНИЕ (11)
  • История России (30)
  • ИСТОРИЯ, исторические события и личности (6)
  • КИНО (193)
  • Детские фильмы (3)
  • МУЗЫКАЛЬНЫЕ ФИЛЬМЫ и КОМЕДИИ (22)
  • СКАЗКИ. (11)
  • КОННЫЙ МИР (6)
  • КОНСЕРВАТИВНЫЙ КЛУБ (2)
  • Копилка премудростей (63)
  • КОСМОС (26)
  • кулинария (201)
  • ЗАГОТОВКИ НА ЗИМУ (12)
  • РУССКАЯ КУХНЯ (9)
  • ЛИТЕРАТУРА (40)
  • Мир ЛЕСА (1)
  • МУЗЕИ (9)
  • музыка (677)
  • ВСТРЕЧА С ПЕСНЕЙ. МузСайты (1)
  • ДУХОВНЫЕ ПЕСНОПЕНИЯ (46)
  • музыка (21)
  • музыка (30)
  • музыка (12)
  • МУЗЫКАЛЬНЫЕ ОТКРЫТКИ (6)
  • ОПЕРА (11)
  • РОМАНСЫ (36)
  • РУССКИЕ НАРОДНЫЕ ХОРЫ (13)
  • МУЗЫКА и ЖИВОПИСЬ (6)
  • МУЛЬТФИЛЬМЫ. (26)
  • Народное художественное творчество (18)
  • Огород и САД (222)
  • ОТКРЫТКИ (1)
  • ОТКРЫТКИ к ПРАЗДНИКАМ (8)
  • Оч.Умелые Ручки (5)
  • ПОЭЗИЯ (51)
  • ПРАВОСЛАВИЕ (92)
  • ДУХОВНЫЕ ПЕСНОПЕНИЯ (3)
  • Консервативный клуб (1)
  • Молитва. Богослужение (16)
  • МОНАСТЫРИ РОССИИ (3)
  • ПРАВОСЛАВНОЕ КИНО (15)
  • ХРАМЫ РОССИИ (4)
  • ПРИРОДА и ПРИРОДНЫЕ ЯВЛЕНИЯ (26)
  • ПТИЦЫ (35)
  • РАДИО (1)
  • РАСТЕНИЯ — твои друзья и недруги (1)
  • Рецепты Красоты (11)
  • РОМАНСЫ (8)
  • РОССИЯ (9)
  • Рукоделие (539)
  • ВАРЕЖКИ (2)
  • ВЯЗАНИЕ -ЦВЕТЫ кючком и спицами (28)
  • НОСКИ (18)
  • рукоделие (7)
  • рукоделие (14)
  • рукоделие (22)
  • рукоделие (24)
  • рукоделие (8)
  • рукоделие (22)
  • рукоделие (5)
  • рукоделие (2)
  • САЛФЕТКИ (18)
  • ТАПОЧКИ (3)
  • САД (118)
  • ЗАГОРОДНАЯ ЖИЗНЬ (28)
  • САДЫ / ПАРКИ (50)
  • СКАЗКИ-СКАЗОЧКИ (1)
  • Слушаем книги (16)
  • Спорт (2)
  • СТЕКЛО (3)
  • СУНДУЧОК. (33)
  • Театр (67)
  • БАЛЕТ (17)
  • Телеканалы TV. (18)
  • ФАРФОР (11)
  • ФЛОРА (8)
  • ФотоАльбом (14)
  • ФОТОГРАФИЯ (19)
  • Хорошее Настроение ))) (7)
  • ЦВЕТЫ (84)
  • Это интересно (43)
  • Ювелирное искусство (8)

Музыка

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Интересы

Постоянные читатели

Сообщества

Статистика

«Плачущий Ангел». Священник Александр Дьяченко.

1.
Яркие, современные и необычайно глубокие рассказы отца Александра завораживают читателей с первых строк. В чем секрет автора? В правде. В правде жизни

Год выпуска: 2011
Автор: Священник Александр Дьяченко.
Исполнитель: Виталий Редько.
Издательство: Россия. ООО «Никея».

Александр Дьяченко — Священник Русской Православной Церкви.
Окончил Московский Православный Свято-Тихоновский Богословский институт, бакалавр теологии.
Активно занимается миссионерской и просветительской работой, публикуется в популярных изданиях периодической печати.
Живой Журнал писателя: alex_the_priest

Аудиокнига священника Александра Дьяченко «Плачущий ангел».

«Нет, что бы там телевизионщики ни твердили, а кризисы нам нужны, ох как нужны! Хотя бы иногда. Ведь кризис по-гречески означает: «суд», а мы еще добавим от себя: «Божий суд». Бич Божий, разящий наши ледяные сердца. Может, хоть так, пусть понемногу, но будем мы обретать потерянный нами Образ. Научимся смотреть друг на друга и видеть в другом -человека…»

Яркие, современные и необычайно глубокие рассказы отца Александра завораживают читателей с первых строк, В чем секрет автора? В правде. В правде жизни. Он ясно видит то, что мы научились не замечать — то, что доставляет нам неудобство и беспокоит совесть.

tanya_mass

Дневник русской француженки

Рассказ «Посвящение» отца Александра Дьяченко из книги «Плачущий ангел»

На нас люди часто смотрят как на диковинку, – нужно разрушать стереотипы.
Священник – это человек со своими сильными и слабыми сторонами, способный любить и плакать…
Иерей Александр Дьяченко

Не удалось мне посмотреть интронизацию Святейшего (патриарха Кирилла), поскольку она проходила, утром в воскресный день. В это время у нас, как и во всех храмах нашей Церкви, шло служение Божественной Литургии. Только вечером по информационной программе увидел маленький кусочек. Смотришь со стороны, – вроде простое дело, – ну подумаешь, подошли к патриаршему месту, трижды подняли и посадили на престол человека, и объявили новым предстоятелем Церкви. Но ведь до этих действий человека именовали Избранным и Нареченным, а только уже после них – патриархом. Значит за этим нехитрым обрядом стоит что-то большее, что-то с ним сопрягаемое, и то, что мы не можем увидеть?

Кто-то может подумать, вот так просто вручается в руки человека огромная духовная власть. Но, оглядываясь на нашу историю, понимаешь, что Русские патриархи не только принимают власть, но и одновременно восходят на Крест. Таково их Служение. И не человек его выбирает, а его самого выбирает Небо.

Смею вас уверить, что каждый священник, наблюдая за чином поставления в ту или иную степень священства, вспоминает конечно же и собственное рукоположение. Не помню, чтобы кто-то из священства писал об этом, а жаль. Рискну немножко приоткрыть завесу таинственности.

Начну с того, что я не собирался быть священником, и, честно говоря, не хотел. Принял сан по послушанию. Куда больше меня привлекала научная деятельность (в русле богословия), ведь я заканчивал Московский Свято-Тихоновский богословский институт. Учился хорошо, моя светская работа меня вполне устраивала и не мешала мне заниматься любимым делом.

Когда я стал диаконом, то испросил у владыки благословение на продолжение моей учебы, я заканчивал пятый курс, и работы в прежней должности. А самое главное, мне нужно было привыкнуть к моему новому положению в Церкви, поскольку сан диакона был предложен мне неожиданно. Владыка понял тогда мое внутреннее состояние, и не стал настаивать на моей священнической хиротонии (за что я ему сегодня крайне благодарен).

Но пришло время становиться священником, отказаться от всех своих прежних планов и окунуться (уже далеко не мальчиком), в совершенно новое для меня делание. До этого я 10 лет подвизался на клиросе, ходил к заключенным, вел школу для взрослых прихожан, но не предполагал себя в роли пастыря.

Скажу честно, ехал на хиротонию (рукоположение), как на казнь, малодушествовал и унывал. Как мне хотелось, чтобы автобус, который вез меня в область, вдруг остановился и шофер объявил, что дорогу размыло внезапным паводком, или началось неожиданное извержение вулкана. Но, вулканов у нас отродясь не было, а паводка в 27-ми градусный мороз ожидать было глупо. Ехал один, жалко было брать с собой матушку в такой холод (матушками, по обычаю, называют жен священников).

На вечернем служении стоял и молился в алтаре. Помню как Владыка сочувственно, посмотрев на меня, сказал: «Не волнуйся, все будет хорошо».

Ночевал я в пустынном помещении семинарии, все учащиеся были тогда на каникулах. Мне постелили в гардеробной, что оказалось очень удобно, поскольку я смог развесить все свои вещи на множестве крючков для одежды.

До сих пор не могу понять: удалось ли мне тогда заснуть, или нет? Скорее я дремал, чем спал, поминутно приходил в себя, смотрел на часы, и снова проваливался в неглубокий сон.

Как сейчас вижу: дверь в гардеробную резко отворилась, и в комнату вбежал маленький, отвратительного вида карлик. Таких карликов-шутов часто держали при дворах средневековых государей. На его уродливой голове с огромным носом была рогатая шапка с колокольчиками. Он прыгал вокруг меня, а мне становилось все хуже и хуже.

Внезапно в комнату вошел монах с длинной белой бородой. Лица я его не видел. Раньше на месте семинарии был монастырь, а гардеробная, как и все другие помещения, построенные, еще в 17 веке, служили монашескими кельями.

Монах посмотрел на меня, указал на карлика и сказал: «Это бес уныния, это он мучает тебя. Отгоняй его крестом», и показал мне как это делать.

Я проснулся, в комнате никого не было. «Привиделось», – подумал я, – и снова задремал. И вновь тот же карлик, и вновь его прыжки, и эти бубенчики. И снова я увидел монаха, который повторил мне свою фразу:
«Запомни. Отгоняй его крестом».

Утром на службе я, конечно же, волновался. Все улыбались, старались приободрить, но в тот момент я чувствовал себя очень одиноко. Настал мой час, я вышел из алтаря, в сам храм, под руки меня держали двое протоиереев.

Мой взгляд скользнул по лицам прихожан, и я неожиданно увидел свою матушку, и она улыбалась мне. Кто бы только знал, как я тогда был ей благодарен! Почти в тридцатиградусный мороз она приехала за столько километров, чтобы поддержать меня. Я увидел родные глаза, и мое напряжение сразу же улетучилось.

И когда прозвучали возгласы: «Повелите. Повели», и священство повело меня в алтарь, я шел уже куда спокойнее.

Затем хождение трижды вокруг престола, прикладывание к нему и целование богослужебных одежд владыки. Потом я встал на колени и прижал голову к престолу, а епископ, возложив на меня руки, читал молитвы. Но перед чтением молитв произошло то, чего я никак не ожидал. Владыка наклонился ко мне и вдруг тихо-тихо назвал меня так, как называла меня в детстве моя мама. Никто, даже самый близкий мне человек, моя жена, никогда не называл меня этим именем, – только мама.

Потом, так же тихо, он произнес: «А теперь молись, как только можешь». Он повел молитву, а я мог только просить о милости Божьей. Потом меня подняли на ноги, и я почувствовал всем своим разумом и каждой клеточкой своего тела, что стал священником. Непоколебимая уверенность в этом и покой разлились по всей моей сущности.

Я стал священником из-под руки моего владыки, и обрел второго отца. Мой первый отец подарил мне жизнь и научил меня быть человеком, а второй – дал право служить у Престола.

Могу добавить только то, что на следующий день, проснувшись рано утром, я увидел мой священнический крест, висящий в гардеробе на вешалке, и, вспомнив события вчерашнего дня, по привычке было загрустил. Но внезапно, словно кто-то в слух напомнил мне: «Отгоняй его крестом»! Я, еще лежа в постели, перекрестился, и уныние (скорее – печаль) покинуло меня. И до сегодняшнего дня, свидетельствую это, уныние меня не посещает.

Через несколько дней служения [в главном соборе епархии], я стал чувствовать неудобство и боли в области сердца. Сначала относил их на счет одного священника кафедрального собора, который, как я считал, постоянно придирался ко мне, делал замечания. Сегодня я понимаю, что это он так учил меня, а тогда я скорбел. Через многие годы в разговоре с одним из батюшек услышал, что по рукоположению он по первости не мог служить Литургию: «Только начинаю службу, а у меня сердце схватывает». Он даже к врачу ходил в больницу, в которую обращаются многие священники. Врач, улыбаясь, узнав, что батюшка еще только начинает служить, сказал ему: «Не волнуйтесь, батюшка, боль скоро пройдет. Это Благодать обустраивает в вашем сердце место для себя».

Когда Дух Божий посещает подвижников, то он входит в уже очищенное место. Входя в нас, священников, Он совершает это не по чистоте наших сердец, а для того, чтобы дать нам силу для исполнения предназначенного Служения. Дух вынужден Сам обустраивать себе место, отсюда и боль.

Шла интронизация Святейшего патриарха. Рядом с ним стояли все епископы и множество священников. Патриарх совершал действия чина спокойно, внешне не проявляя никакого волнения. Но священство знало, что в это время происходит в сердце патриарха, можно сказать, ощущало его бешеное биение. И молилось, о том, чтобы это сердце отныне было способно вместить в себя все радости и скорби своего народа, смогло безошибочно услышать волю Господнюи провести Церковь как хрупкий корабль единственно правильным путем сквозь мели и рифы искушений и бури всяческих соблазнов, к тому единственному маяку, имя которому – Христос.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector